– Как хотите. Книги у нас есть. Будем культурно проводить досуг. Если честно, я уже не против того, чтобы лечь в кровать. Подержу книжечку в руках для порядка и засну. Идемте, я вас провожу, коридоры здесь такие темные, что угодно привидеться может. А как вам эти клыкастые морды? Когда я разыскивал вашу комнату, остановился напротив головы волка, ну, и не удержался, попробовал зубы этого волчары на ощупь. Не поверите, мне показалось, что зверь мне подмигнул и сжал клыками мои пальцы. А когда я вытащил руку, на указательном пальце осталась царапина.
Вот, убедитесь сами. – Доктор протянул мне поцарапанный мизинец.
– Наверное, вы резко выдернули руку и поранились о клык. К слову сказать, на меня эти головы тоже нагоняют первобытный страх, у себя в доме я бы не стала украшать стены этими чудовищами.
Мы поднялись на второй этаж, прошли лабиринт темного коридора и оказались перед дверью в мою комнату.
– Вы, Сергей Ильич, тоже так плутаете, когда идете к себе?
– Нет, мне повезло больше. Поднимаетесь на третий этаж, первая комната справа – моя.
До свидания, Эмма Львовна. Желаю хороших сновидений. Можете выпить таблеточку снотворного, чтобы скорее заснуть.
– Спасибо, доктор, вы в своем репертуаре, но я и так валюсь с ног, засну без таблеток.
Мы простились, я закрыла за собой дверь на замок.
Взглянув на мрачный интерьер своих апартаментов, я подумала, что одна таблеточка снотворного все-таки не помешает. Комната освещалась только двумя слабенькими лампами, при тусклом свете стены казались почти черными.
Сквозь незадернутые шторы в комнату заглядывала полная луна. Со стороны леса доносились крики совы. Во дворе подвывал на луну Барри. Мне стало жутко. Я подошла к балконной двери и плотно ее прикрыла, затем задернула шторы и села на кровать.
«Не ту книжку я выбрала! Надо было взять что-нибудь из жизнеутверждающей советской поэзии. А я что взяла? Одну только «Пеструю ленту» начнешь читать, с ума сойти можно», – подумала я, рассматривая знакомое издание, у меня в детстве было такое же собрание сочинений Конан Дойля, зачитанное до дыр.
В коридоре послышался скрип половиц. Чьи-то шаги приближались к моей комнате. Наверное, доктор забыл мне о чем-то сказать. Нет, он топает, как солдат по плацу, а это легкие, крадущиеся шаги. От страха у меня начали неметь руки, ладони вспотели, а ноги намертво прилипли к полу.
Только приведения мне не хватало! Господи, спаси и сохрани! Я начала крестить себя слева направо и наоборот. Я – православная, а в Польше живут католики.
