Но Рильфа не готов сдаться так просто. О нет, у него найдётся пара козырей в рукаве.
Он зло усмехнулся."
"Ему нужен маг. Достаточно сильный, который сможет почувствовать и указать, где находится эта дрянь. Как удачно, что братец обвенчался с ней ПО драконьим законам. Но он нацепил на нее амулет и теперь демон, привязанный к девчонке с таким трудом, стал бесполезен.
Рильфа давно забыл ее имя, а может, и не знал его никогда. Ему было на это абсолютно плевать. Он помнил лишь ее страх, крики и мольбы о пощаде, когда ее притащили к нему, голую, простоволосую, выдернутую буквально из брачной постели, и бросили в ноги.
Он помнил вкус крови ее несостоявшегося мужа и его изумлённый взгляд. Этот деревенский дурачок так и не понял, что там случилось. Умер быстрее, чем осознал.
Она долго сопротивлялась. Рильфа любил ломать таких гордых сучек. Ему нравилось видеть женщин униженными у своих ног. Он считал, что там им и место.
Ему нравилось слушать их вопли. Они услаждали его слух лучше всякой музыки. Вот и эта кричала так долго и громко, что он даже запомнил ее.
А потом Охра доложила, что эту мелкую дрянь больше трогать нельзя.
Он не поверил. Но старая ведьма оказалась права.
Долгие месяцы он берег ее. Охранял, как зеницу ока. Ждал, когда его сын родится.
А она взяла и сбежала!
Он быстро выяснил, кто ей помог. Пытки развязали даже самые молчаливые языки, и предатели долгане прожили. Остался только один. Тот самый Храни — последний маг Латгейра, отказавшийся ему присягать.
Что ж, он даст старому псу еще один шанс.
Пообещает жизнь и свободу. А нет, так заставит силой.
Но ничто не помешает ему узнать, где находится женщина, которая носит его ребенка. И ничто не помешает вернуть ее.
А вместе с ней и то, что поможет навсегда уничтожить соперника.
Глава 25
Маг оказался прав.
Уже спустя пару дней Тая почувствовала себя хуже. Ее непомерный аппетит рос, угрожая здоровью.
Девушку преследовал постоянный голод. Теперь она ела за четверых, но сытости не чувствовала. Наоборот, ей казалось, чем больше она ест, тем голоднее становится.
Тая нервничала. Это тоже сказывалось на самочувствии. Тревога матери передавалась ребенку, и его беспокойное шевеление не давало вздохнуть ни днём, ни ночью.
Да, Луннар по-прежнему защищал от кошмаров, но не мог защитить от нервозности, что стала ее постоянным спутником.
Но больше чем за себя, Тая переживала за Крейна. Оказавшись вдали от него, она поняла, как много он стал для нее значить. Больше, чем она думала.
