Мне-то что от этого? Мы друг друга почти не знаем.
— Так давай узнаем, — тут же нашелся с ответом, правда, слегка надавив, пока Малинка не начала приводить еще какие-нибудь доводы.
Уж на переговорах я собаку съел. Играть в этой сфере против меня — заранее проигрыш.
— На свидание приглашаешь, что ли? — усмехнулась, но с какой-то горечью.
Я не понимал, почему она так себя ведет. Как будто у этого поведения есть какое-то двойное дно, которого я в упор не вижу.
И даже зверь сделал стойку, ожидая продолжения.
— Послушай, — я снова решил зайти издалека, но Малинка меня перебила, почти простонав:
— Феликс, пожалуйста… — пауза, а глаза полные мольбы.
— Я так устала, что еле ворочаю языком, — даже потерла лицо руками, а я чуть не ляпнул, что совсем недавно ее язычок хорошо ворочался вместе с моим. — Давай не сейчас.
— Ладно, — согласился нехотя, еле сдерживая себя. Отпускать точно не хотел, но не мучить же ее, в конец-то концов. — Я отвезу тебя домой.
Это был не вопрос, а констатация факта. Но Малинка даже не сопротивлялась — значит, действительно устала, иначе бы уже метала в меня молнии и показывала свою самостоятельность.
Не стану ее мучить.
Бросил деньги на стол и нажал кнопку вызова официанта. Нам открыли входную дверь, и вскоре мы с уже уставшим, а не грозным доктором двигались в сторону ее дома.
Малинка начала засыпать прямо в машине. И как только закрывала глаза, я хотел протянуть руку и погладить ее по щеке.
Ну что за нежности, честное слово?
Феликс, ты определенно попал.
Только что с этим делать дальше, я пока без понятия.
Но черт возьми — рука так и тянулась к ее щеке…
Глава 33
Все-таки не сдержался — это, мать его, долбанное притяжение до добра не доведет. Протянул руку и дотронулся до щеки задремавшей Малинки, когда остановился во дворе. Двигатель не глушил — подумает еще, что снова давлю и собираюсь напроситься на чашку кофе. Понятное дело, что фыркнет, а может, даже и пошлет, так стоит ли именно сейчас терять наше пусть пока хрупкое, но все же зарождающееся доверие.
Да уж, докатился…
Провел подушечками пальцев к подбородку, наслаждаясь этими невинными прикосновениями. Раньше даже и не догадывался, как это круто. Столько эмоций, мать их. И желание, от которого даже не стоит убегать. Теперь-то я понимаю, что значит “хотеть”. Не просто трахнуть в сауне и кинуть триста баксов на стол, вроде как в знак благодарности, а именно жаждать ею обладать.
Не только телом…
Малинка открыла глаза. Сонные, потерянные, но все равно красивые.
