Хоть лбом о стенку бьется — свой шанс, даже не один, Феликс уже упустил. А девочкой для развлечения я не стану. Хочу — пальчиком поманю, хочу — свалю без предупреждения. Черта с два! Пусть другую дуру ищет, я как-нибудь переживу.
— На машине быстрее, — не унимался, хоть и сделал многозначительную паузу. — Тем более нам по пути.
Тут вообще вывел своим “тем более”. Если бы не по пути, то не подвез бы? Ну, знаешь ли, павлин общипанный. Достал ты меня своими приколами — то скучаю и жду нашей встречи, то теперь может оказаться стороны разные.
“Вот и вали куда подальше”, — это я, конечно же, мысленно пожелала Феликсу, а вслух произнесла, снова скрипя зубами:
— Освободите, пожалуйста, остановку, Феликс Германович.
Не понравилось, судя по тому, как улыбка сползла с лица. Вот сейчас точно выдаст — такой, как этот павлин, может и выйти из внедорожника. Хотя о чем это я? Задницу свою царственную вряд ли оторвет. Из-за меня.
Опять себя накручиваю, а чувство безысходности сковывает стальным обручем.
Ну почему, Господи, мне на пути не встретился умный, красивый, а главное, порядочный и ответственный мужчина, которому и сердце-то подарить не жалко.
Почему меня тянет всегда на каких-то козлов, которые ни в грош меня не ставят?
Моя первая любовь — мажор из параллельной группы в университете. Красивый, высокий, завидный жених, на которого все девки пачками вешались. Выбрал меня, а я, дурочка наивная, поверила.
Да и потом козлы попадались с завидной регулярностью. Не судьба, видать, в нормального мужика влюбиться.
Вот меня что-то пробрало сетовать на судьбу-злодейку, а все из-за Феликса. Вечно появляется он не вовремя и только раздражает меня своей дурацкой манерой общения и высокопарными замашками.
— Лика, садись в машину, — теперь настала очередь Феликса цедить сквозь зубы. А также взглядом прожигать, только вот на меня не действовало. — Нам надо поговорить.
— О чем? — я горько усмехнулась, но тут появилось на горизонте спасение в виде автобуса. — Опять деньги мне будешь предлагать?
Чувствую, замерли все на остановке, когда я, не подумав, ляпнула последний вопрос.
А во всем этот несносный Феликс виноват — ну кто его просил останавливаться?
— Хочешь, чтобы я вышел? — не унимался, хотя сзади уже автобус вовсю сигналил, но ведь таким царским особам закон не писан.
Еще и спасение номер два зазвонило у мужчины. Его со злостью брошенное “да”, взгляд полный ненависти в мою сторону и моя очередная кривая ухмылка.
