А если мне пальцы начнут рубить или ногти плоскогубцами вырывать, а после присылать моему родственнику по почте, чтобы сговорчивее стал? Ох, что сейчас будет!
Не знаю, сколько времени прошло, но напугала я себя сильно. Руки дрожать начали, я старалась их чем-то занять, чтобы амбалы не видели. Даже не вникала в разговоры — что интересного они мне могут поведать? Лишь в себя пришла, как услышала грозное над ухом:
— Приехали, красавица.
Голову подняла и резко выдохнула. “Сауна” — гласила ярко светящаяся надпись.
Если и хотят мне палец отрубить, то явно попозже, а пока…
— А ты какой-нибудь другой комплимент, кроме “красавица”, знаешь? — поинтересовалась у амбала, когда из внедорожника вылезала. Надо же, даже руку подал, правда, потом схватил за нее, дернув на себя.
— Могу уродиной звать, — мужчина толкал меня вперед, чуть ли на ноги не наступая.
— Чего сразу злиться, я же так, — сделала паузу, повернув голову слегка назад, пока дверь амбал открывал. — Исключительно разговор двух интеллигентных людей поддержать.
— Больно умная, да? — скривился мой конвоир, а я в ответ лишь в улыбке расплылась.
А что, раз влипать в неприятности, так с улыбкой на лице. Толку дрожать как осиновый лист. Все равно ведь не отпустят, а мне стало дико любопытно — что будет дальше. Нафига я им сдалась-то?
Нет, конечно же, девушка я симпатичная, мужчинам нравлюсь, да и фигурой Бог не обделил, но после двенадцати часов работы, двух операций и кучи исписанной бумаги выгляжу я, мягко говоря, не очень.
Не то чтобы совсем “не очень”, но точно не гожусь для девочки по вызову.
— Слушай, — решила я тактику сменить, так как все равно моего ехидства амбал не оценит, — а кто такой Феликс?
Остановились возле очередной двери, мой конвоир усмехнулся, открыл эту самую дверь и толкнул меня вперед.
— Сейчас и познакомишься.
Чуть не упала, благо, успела устоять. Да так и замерла на пороге, уставившись прямо перед собой.
“Красавчик!” — это все, что в тот момент мне в голову пришло, когда я посмотрела на сидящего за столом мужчину.
Правда, рожа небритая. Да и взгляд хищника, а никак не джентльмена. Но все равно ему исключительно на обложку журнала надо, а не по саунам шляться. Голый торс — гормоны тут же встрепенулись, желая получить этого самца в свои объятия. Да уж, долгое воздержание дает о себе знать.
“О чем только думаю!” — мысленно простонала, но взгляда так и не отвела. Он мне сейчас, этот самец, пальцы будет отрубать, а я хочу с ним переспать.
