– Почему? И вообще, откуда она про меня знает?
– Так я рассказал, – пожал плечами майор, – про то, что живем рядом, и про то, что ты мой лучший и верный друг, про собак, Кирюшку и Лизавету…
Сразу пойти в милицию Надя боится, а вот к женщине, да еще к лучшей подруге, почти сестре Володи, едет без колебаний. Наверное, она хотела рассказать про царапину…
– Но меня не оказалось дома, и она ушла."
"– Ага, – кивнул Володя, – причем отправилась прямехонько ко мне на работу, все-таки решилась рассказать правду Селезневу, позвонила тому по внутреннему телефону снизу.
Но, очевидно, в тот день богиня судьбы была против Надюши. Федор отсутствовал, и трубку в отделе снял Славка, живо смекнувший, какой опасной стала для него Колесникова…
– Он убил ее, – прошептала я, – но как?
– К сожалению, очень просто, – вздохнул майор. – Славка ездил в прошлом году отдыхать в Испанию и приволок оттуда шокер, такую дубинку, которая бьет током. Они одно время были на вооружении у полицейских Мадрида и Барселоны, но после того, как несколько человек погибло, шокеры запретили.
Но в магазинах, торгующих оружием, они есть, стоят, правда, дорого, но Славка давно хотел такую «игрушку», вот и позволил себе. Все дело в том, что сила удара током регулируется у шокера от крохотной до такой, что может убить.
– Как же он его провез?
– Подумаешь, проблема, – фыркнул Вовка, – сунул за пазуху и прошел. Вещичка не железная, «звенеть» не станет.
Надю Колесникову Рожков убил без колебаний и попытался изобразить дело так, будто бабу «долбанула» посудомоечная машина.
Славка даже испортил одну из ручек, приводящих агрегат в рабочее состояние.
Следующий, кого ему пришлось убрать, – Антон Селиванов, уж слишком много знал мужик, его просто нельзя было оставлять в живых. Причем Рожков обставляет дело не без элегантности. Покупает у метро в палатке курицу-гриль и засовывает ее в духовку. Но тут он перемудрил. Курица вызывает у Селезнева охотничью стойку.
– Почему?
– Пекла ты когда-нибудь птичку в фольге?
– Я не люблю готовить жаркое в фольге.
– Отчего?
– Корочка не образуется, курица получается бледной, такой противной с виду…
– Вот-вот. А в духовке у Антона, тщательно завернутая в фольгу, лежала изумительно поджаристая тушка. Конечно, он мог купить готовую птицу, а потом разогревать. Но слишком много мелких нестыковок было в этой истории. Последней жертвой оказался Андрей Малахов. Тот тоже знал слишком много, можно сказать, все нити вели к хозяину риелторской конторы.
