Его новые глаза в быстро наступающей южной ночи видели не хуже, чем днем, и Ник, внимательно осмотревшись, понял, что все бандиты сейчас находятся внутри дома, где они, похоже, решили отсидеться, чтобы не попасть под разборку армейских соединений. Он улыбнулся и скользящей бесшумной походкой двинулся к дому.
Первый же встреченный им постовой стоял, чуть прислонясь к стене и даже прикрыв глаза. Но Ника не обманула его расслабленная поза. Человек, несмотря на то что имел на шлеме визор ночного видения, предпочел сдвинуть его вверх, доверяя своим органам чувств.
И все равно он прозевал движение лейтенанта. Короткий, словно бросок нархи, удар — и тело мягко сползает по стене.
Ник замер, но кроме бухающих по коридорам сапог бандитов ничего не было слышно. Он быстро начал освобождать труп от оружия и снаряжения, которое тому уж точно не понадобится.
Теперь, увешанный трофеями, лейтенант чувствовал себя намного лучше.
Левое крыло, практически полностью разрушенное ракетным обстрелом, было бандитами не заселено, кроме первого и второго этажей, которые Ник вычистил довольно легко.
Пятеро бандитов вовсе не таились, а разгуливали по коридорам с фонарями в руках, громко переговариваясь при этом. Через каких-то пять минут в крыле вновь воцарилась тишина, а лейтенант передвинулся в центральное здание.
Наира Лагон сидела в удобном кресле хозяина дома и, положив подбородок на сомкнутые в замок пальцы, бездумно смотрела на огонек свечи, которая нашлась на камине в столовой.
От свечи ароматно пахло чем-то родным и теплым, что осталось где-то там, в прошлой жизни. И в который раз она спрашивала себя, все ли она правильно сделала тогда, больше шестидесяти лет назад, отправившись в логово Ржавого, но ответа не было. Настроение, испорченное исчезновением де Анора, срочным, на грани бегства, отъездом кардинала и этим странным мальчишкой, испортилось окончательно.
Она оглянулась. Посланные еще полчаса назад люди так и не восстановили энергопитание, а хотелось нормальной горячей еды, а не приготовленных в самогрейках армейских консервов.
— Крест! — За дверью было подозрительно тихо. — Крест! — Она повысила голос, но ответа своего верного телохранителя так и не услышала. Она встала и, подойдя к высоким двустворчатым дверям из белого дуба, дернула створку на себя, и прямо из темноты коридора на нее упало тело бывшего космодесантника с уже остекленевшими глазами.
— Как мило, что вы решили меня дождаться.