Дама сначала было насупилась, но быстро взяла себя в руки и защёлкала по клавиатуре.
— Второй отборочный бой, — она прищурилась, смотря на экран. — Противник ещё не определён. Текущие ставки один к двум.
Старик решительно кивнул и снова оглянулся.
— Сойдёт, сударыня. Один раз живём! Я там на арене сейчас такое увидал, что и свои портки бы поставил на его победу.
Кассирша на такое лишь недовольно фыркнула, после чего протянула Альфи новый талон о приёме ставки в сто тысяч флоренов.
* * *Снова решётка, ведущая на арену.
И снова гул трибун, беснующихся под голос ведущего.
— Ча-а-ак Норрис! — произносит он слащаво. — Наш невероятный новичок. Сейчас у него состоится второй отборочный бой за право участия в летнем кубке Лиги Ветеранов.
Теперь зрители скандируют: «Чак Нор-рис! Чак Нор-рис!»
— Его противником, — ведущий невозмутимо продолжает, — выступит Агуан Легуш по прозвищу «Болотник». Неподражаемый мастер скрытых атак…
Решётки поднимаются, и нас соперником выпускают на арену. Легуш выходит из своего прохода в облаке густейшего тумана.
Грудь колесом, на поясе целая ударная батарея из артефактов, создающих вокруг себя туман. Лучезарно улыбаясь, боец машет трибунам рукой с зажатым в ней кинжалом.
— Бо-лот-ник! — скандирует минимум половина зрителей Колизея.
— Да начнётся бой! — ведущий, махнув рукой, даёт сигнал техникам. — Правила всё те же. Дабы легче было наблюдать за происходящим на арене, мы переключим щит в режим видения инфракрасных излучений.
«Болотник», довольно оскалившись, активировал разом все свои артефакты.
По арене начало стремительно расползаться облако густого тумана, пропитанного эфиром. Сам Легуш, накинув на себя «Сокрытие», буквально растворился в нём.
[Хитрый ход,] — с покер-фейсом смотрю на надвигающееся на меня серое облако. — [Обычное зрение здесь не поможет. Зрение одарённого также блокируется разлитым в тумане эфиром. А сам Легуш явный гидромант и чувствует влагу в воздухе, как рыба водные потоки. Вот только целители тоже могут применять термозрение.]
Толпа на трибунах беснуется в ожидании кровавой битвы.
Сквозь щит доносятся крики: «Бей его!», «Чак Норрис, я хочу от тебя детей!»
Болотник кружит в тумане, периодически оставляя за собой ложные эфирные слепки. Хитрая уловка, призванная обмануть органы чувств одарённого.
— Сегодня, Чак Норрис, — шёпот Легуша доносится до меня со всех сторон, — ты познаешь горечь поражения на арене.
Без труда определяю, где на самом деле в тумане находится Болотник, и машу ему рукой.
