Тот самый, который чудом не унесли бандиты. — «Я должен сначала убедиться. Если всё, как прежде, то и этот подарок от деда он проиграет в карты. Нет-нет! Альфи убережёт молодого господина…»
Так думал старый слуга, смотря через стекло витрины на… молодого аристократа Макса Граута. Ему в больнице кланялись медсёстры, а он воспринимал это как должное поведение прислуги. Пытались очаровать студентки, и здоровались простые работяги. Макс улыбался первым в ответ и вежливо кивал последним. Да чего уж там! Альфи видел, как вышедшая из дорогой машины леди, поправив волосы, «вдруг попросила закурить».
Макса! Того самого Макса, которого даже продавщицы в магазинах обходили стороной.
Но сегодня молодой господин не сплоховал! Создал огонь на кончике пальца и, тут же его потушив, сказал той даме: «Ваша красота достойна большего, чем сигареты». Щёлкнул пальцами и чего-то такого сделал, отчего у той богатейки глаза на лоб полезли. А потом и румянец на щеках проступил.
«Хе-хе! Всё. Ворота открыты, крепость сдалась без боя, но молодой господин спокойно пошёл дальше… К этой самой цветочной лавке.
Может, в нём кровь деда пробудилась?»
Стоя у витрины, Альфи, не веря, коснулся своего лица. У старого слуги уже мышцы затекли постоянно улыбаться. А ещё спина и плечи, ведь молодой господин всё время шёл по городу с горделивой осанкой и расправив плечи. Альфи соответствовал хозяину, идя так же… сам того не замечая.
Всё выглядело так, словно для Макса статус одарённого не в новинку. В каждом его шаге и взглядах, бросаемых на людей, чувствовался дух аристократа.
Будто за его спиной не то что род, а целое государство… или даже мир.
«С сегодняшнего дня, Альфи, ты будешь гордиться тем, что служишь мне», — слова, сказанные у больницы, теперь не выглядят пустой бравадой.
[А ведь и впрямь горжусь!] — старик так и не смог стереть с лица улыбку. — [Быть может, та пуля была благословением самой судьбы?]
Но тут эльфийка в цветочной лавке крикнула: «Бабушка!» и сорвалась куда-то.
Господин рванул за ней.
— Ох, зря я вам поверил, господин! — Альфи, помрачнев, и сам рванул к двери в цветочную лавку.
…
Лестница на второй этаж, бегу вслед за Беаниэль. Первая комната справа, дверь открыта. В глаза сразу бросилось опрокинутое набок кресло-каталка. Рядом на полу лежит старая эльфийская леди."
"— Бабушка! — Беаниэль с тревогой в глаза подбегает к ней.
Щелчок! Запускаю «диагностику» и поначалу не могу понять, от чего именно даме стало плохо.
