– Мерзавец! – я снова шагнула к ним, но на пути встал Дарт.
– Мама, они должны разобраться сами, женщина тут помеха! – заявил мой рассудительный маленький мужчинка."
"– Тогда мы тут до утра застряли, – пробурчала я, и, присев на корточки перед Лили, начала своим подолом вытирать ее самое милое во всех мирах личико.
Ну уж простите, не до носовых платков и манер нам нынче!
Взгляд ненароком зацепился за Мию – настоящую, в моем теле, стоявшую поодаль. Она равнодушно смотрела на нас, скрестив руки на груди. Даже не подошла, надо же.
Но ведь она произвела этих малышей на свет! Девять месяцев носила под сердцем, оберегая, помогая вырасти, окрепнуть, потом привела их на свет божий. А теперь глядит, как на чужих. Как же так можно?..
И пусть! Я поцеловала крошку в красный носик. Пусть ей они не нужны. Они мои, только мои! Все трое! И муж только мой! Я собственница, эгоистка и жадина, никого не отдам!
Сквозь слезы посмотрела на любимого, который теснил Тамерлана к полуразвалившейся арке. Еще немного, и злодей рухнул.
А сверху, видимо, тоже желая накостылять гаду, упала часть арки. Туанар остался стоять рядом, тяжело дыша.
– Мама, ты чего стоишь? – Дарт укоризненно глянул на меня. – Теперь иди к папе, уже можно!
– Слушаюсь, господин, – я погладила его по голове и посмотрела на Лиалара, – присмотрите за ними, хорошо?
– Уж скорее они за мной приглядят, – тот улыбнулся.
Это точно. Помедлив, я зашагала к мужу. Чем он был ближе, тем медленнее шла. Страх скрутил душу. А вдруг?..
– Прости меня, пожалуйста, – будто вросла в землю, не дойдя.
– За что? – шепнул, в один прыжок преодолев расстояние между нами и прижав к себе.
– За все, – не выдержала и всхлипнула. – Не сказ-зала. Совр-рала. Прости меня!
– Дарьяна, – прижался щекой к моим волосам. – Я люблю тебя!
– И я т-тебя! – прильнула еще теснее. – Боялась, что ты… Мию любишь, не меня. – Боль и страх выходили наружу слезами, мешающими говорить.
– Глупышка, это же все началось, когда ты появилась. Не помнишь? Я тебя жаждал, не ее. Ревновал, как безумец.
Ее так никогда не ревновал, поверь. Тот брак, он был… – вздохнул. – Не знаю, как объяснить. Чувства к Мие вспыхнули быстро, я как под дурманом был.
Неужели она приворожила его? Пошла к ведьмам, которых презирала? Или папочка постарался? Хотя, сейчас мне уже плевать!
– Была одна ночь, потом я как порядочный мужчина сделал предложение, – продолжил Туанар. – А позже все прошло. Ей я не нужен был, и мое влечение утихло. Сложно хотеть женщину, которой противен.
