– Ира! – громогласные раскаты взорвали и без того накаленную атмосферу в квартире. Я почувствовала, как тот обратный отсчет, который я вроде бы остановила, снова запущен. Я перерезала не тот проводок, и сейчас будет взрыв.
– Ира, это правда! – он ворвался в комнату, рубашка расстегнута, галстук вообще черт знает где, красный как рак. Я всерьез испугалась, что моего мужа сейчас хватит удар, но сначала как бы его удар не хватил меня.
– Гриша! Остановись! Не знаю, что тебе известно, но ты должен взять себя в руки! – закричала я, а Гришка вцепился в мои предплечья, легко поднял меня в воздух, словно я и вовсе не весила и сотни грамм, и переставил в сторону, к противоположной стене.
– Варвара, отвечай! – заорал он. – Это правда? Ты беременна от этого рыжего скота?
Свекровь влетела секундой позже, когда я, приставленная к стене, судорожно пыталась решить, что мне делать.
– Гриша, мы должны просто решить проблему, – заверещала она. – Не стоит выносить сор из избы!
– Мама, уйди, – прорычал мой благоверный.
– Варвара! Отвечай отцу!
– Добились своего? – фыркнула я и совсем уже бросилась вперед, чтобы защитить собой свое дитя, как и положено хорошей матери, но Варвара вдруг вскочила на кровати так, что ее лицо оказалось на одном уровне с отцовским и даже чуть выше. Ее лицо горело праведным гневом.
– Нет! Это неправда! – крикнула она с такой искренностью, что если бы я своими руками не держала вчера тест на беременность в ее моче, и я бы ей сейчас поверила.
– Нет? – Гриша обернулся к нам в растерянности, но тут Варвара продолжила:
– Я никогда и не встречалась с Димкой Грачевым или, как ты его называешь, рыжим скотом! Никогда!
– Правда? – цвет лица Григория стал немного выравниваться, а свекровь насупилась и принялась сосредоточенно что-то обдумывать, Пуаро в моем байковом халате.
– Правда, папа. Правда, – кивнула Варя и сверкнула своими глазами. Две пары стальных глаз встретились, и полетели искры. – Я встречалась с Владиславом.
– С кем? – вытаращились на нее мы все.
– Да! Я встречалась с Владиславом Гуляевым, Машкиным братом. Я полюбила его, а он предал меня, использовал меня. Ты понимаешь, папа? Он оскорбил меня.
– Что? Как? – хором закричали мы. Целостная картина вдруг возникла у меня в голове. Наш дом, подъезд на углу. От нас до него – всего три минуты пешком. И мы всегда, всегда отпускали ее к Маше. О, какая злая ирония. Такие приличные люди эти Гуляевы. И Владислав, мы видели его всего пару раз.
