— Это древний артефакт, доставшийся вашей бабушке по наследству от ее бабушки, и так далее… Основатель их рода получил эти слезы в дар от того самого дракона, что поделился с ним своей кровью. Это уникальный артефакт. Насколько я знаю, ни один род дракомагов на сегодня не обладает подобным. Слезы дракона дарят ясность ума и усиливают магические способности дракомагов."
"— У меня есть еще одно такое яйцо, — призналась я. — Его мне отдала мама.
— Правда? Значит, оно не потерялось? — кажется, теперь дворецкий был удивлен не меньше моего.
— Нет, оно у меня, сейчас принесу. — И я устремилась в свою комнату.
— Невероятно, — Вирс улыбнулся, когда я вернулась с яйцом.
— Там тоже слезы дракона? — спросила я.
Дворецкий отрицательно покачал головой и открыл яйцо тем же способом. Внутри тоже оказался пузырек, только заполненный чем-то красным с золотыми крапинками. С одной стороны флакона была небольшая трещинка, поверх которой что-то присохло, похожее на запекшуюся кровь.
Кровь.
— Это кровь дракона? — У меня перехватило дыхание.
— Именно. — Глаза Вирса чуть увлажнились. — Ох, если бы она была тут, когда лэр Аннэл заболел… Но, значит, такова его судьба.
— Мама говорила, что это яйцо отдала ей бабушка, — сказала я.
Старый дворецкий кивнул:
— Так и было. Госпожа Нинэль очень переживала, когда господин Гарольд выгнал дочь. Очень переживала. Но он запретил ей даже упоминать о Таиссе, так был разгневан поступком дочери. Но госпожа позже нашла Таиссу и отдала ей немного драгоценностей и это яйцо.
Она надеялась, что когда-нибудь Таисса одумается и захочет вернуться в семью, а для этого примет драконью кровь, чтобы вернуть себе сущность дракомага. Ведь она ее лишилась, выйдя замуж за обычного человека. Госпожа Нинэль пошла наперекор мужу и никогда не признавалась, куда дела яйцо с драконьей кровью. А я хранил ее тайну до сегодняшнего дня. С другой стороны… — Он подумал немного. — Без госпожи Нинэль эта кровь была бы бесполезна для господина Гарольда.
— Почему? — Мой взгляд был по-прежнему прикован к заветному пузырьку.
— Потому что воспользоваться ею могут только потомки того, кому эта кровь была дарована. Таковыми на моем веку были ваша бабушка, ваша мама и вы с сестрами. Или же когда они сами по собственной воле поделятся ею с другими. Если бы ваша бабушка была жива и дала кровь вашему дедушке по собственной воле, то кровь бы подействовала. Но после ее смерти и кровь, и слезы перестали быть доступны господину Гарольду.
