"
"— Тогда последний вопрос, лэр Твист. Как именно выглядел этот дракомаг? Что-то примечательное в его внешности, может, как был одет. — Мне нужно было удостовериться в своих догадках.
— Высокий, привлекательный, впрочем, как все дракомаги. Не юнец, ближе к тридцати. Точно не брюнет. Может, блондин или шатен. — Твист недовольно помахал рукой. — Костюм серый… Шейный платок туго завязан, что удивительно да той теплой погоды, которая стояла тогда. На самом деле я не особо присматривался, лиа. Если бы это была девица, я бы куда лучше ее описал.
А мужчины меня не интересуют, знаете ли.
— Спасибо, мне и этого достаточно, — я кивнула и поднялась, потом на негнущихся ногах направилась к выходу.
— Счастливо оставаться, — бросил мне вслед Твист.
— Всего доброго, — ответил за меня лэр Кэйнст, и вскоре мы оказались на улице.
— Вы поняли, кто это был? — вкрадчиво спросил он меня.
— Кажется, да, — глухо ответила я.
Рональд Кэйхарр. Больше быть некому. Только один дракомаг в мире был в курсе, что у меня есть долг.
Но как он узнал, кому именно я должна? Впрочем, глупый вопрос, для Кэйхарра узнать это, наверное, не проблема. Только зачем ему было это делать?
У меня уже голова шла кругом от всех новостей за сегодня, а эта просто стала последней каплей. И все же я продолжала думать об этом всю дорогу назад. Итак, Кэйхарр явился к Твисту двадцать пятого числа, а наша ссора, во время которой я на эмоциях рассказала ему о своей беде, произошла двадцать третьего. То есть через два дня после этого он оплатил мой долг.
В те дни до Розового бала я старалась избегать с ним встречи, поэтому и не следила за тем, отсутствовал ли он дома и как поздно возвращался, так что тут противоречий не наблюдалось.
И все равно главным оставался вопрос: зачем Кэйхарр это сделал? Решил поиграть в благодетеля? А может, чтобы снова занять главенствующую роль в нашем противостоянии и поставить меня в зависимое от себя положение? Но тогда почему он не сообщил об этом прямо, а долг оплачивал инкогнито? И зачем-то попросил отправить мне письмо…
А потом я вспомнила его слова, которые он обронил в тот злополучный вечер после бала.
Перед тем, как я попросила о поцелуе. Он спросил: «То есть вы все-таки собираетесь замуж? Несмотря ни на что?» Меня бросило в жар. Тогда эти вопросы показались мне странными, но я была занята другой проблемой, теперь же все виделось в новом свете. Только выводы напрашивались совсем невероятные.
