– Он же, как я понимаю, на ее деньги жил и пил! Интересно, на что он сейчас пьет?
– Говорят, вещи продает, – увидев, что я пришла в себя, Венчик тоже успокоился и поставил стакан.
– Которые мать и наживала, – зло бросила я. – Ты сам его когда последний раз видел?
– Давно, где-то месяц назад, – махнул рукой он. – А приятель мой… Ну, которому я фото показывал, сказал, что Антохи тоже давно не видел.
– Что, тоже месяц? – уточнила я.
– Да нет, недели две или около того, – подумав, сказал Венчик.
– Этот приятель тоже на «Мельнице» живет? – спросила я.
– Зачем? – удивился Венчик. – Здесь недалеко обретается.
– Так, где же вы с Никитиным встречались? – удивилась я.
– Да он сам сюда в центр ездит, – сообщил он. – Не любит он свой район, наверное, его тоже стесняется. А я так считаю, что напрасно – это же его маленькая родина.
– Венчик! Не философствуй! – поморщившись, попросила я и, встав, решительно заявила: – Пошли искать твоего приятеля.
– Зачем? – вытаращился на меня он.
– Точный адрес узнать, – злясь на его непонимание, объяснила я.
– Обижаешь ты меня, матушка! – всплеснул руками Венчик. – Неужто я заранее не выяснил? Да и все остальное, что он про Антоху знал, я тебе пересказал. Вот все как есть записал, – с этими словами он протянул мне листок бумаги с адресом Никитина.
Расплатившись с Венчиком, я вышла, села в машину и крепко задумалась – а надо ли мне это? «Брось, Татьяна, не лезь в эту историю.
Она уже закрыта, и слава богу, что для тебя все благополучно закончилось. Не буди лихо! – уговаривала я себя, но мое вечное стремление дойти до конца активно сопротивлялось, и я сдалась. – Ну ничего же страшного не произойдет, если я съезжу к этому Никитину. Предположим, я хочу, чтобы он для моего племянника на Новый год деда Мороза изобразил, а то, что племянника у меня нет, никому знать не полагается».
Уговорив себя таким образом, я поехала на «Мельницу». Нужный дом, как я и ожидала, оказался хрущевкой, внешний вид и подъезд которой откровенно свидетельствовали о том, что жильцы там еле-еле сводят концы с концами – мельзавод-то давно уже не работал. Ткнув пальцем в кнопку звонка квартиры Никитина, я уже не отпускала ее – если человек лежит пьяный, то деликатным методом его не разбудишь. Я стояла уже минут пять, но безответно.
