– А почему только я страдаю? – возмущенно посмотрела я на него.
– Как это – только ты? – все так же тихо возмутился в ответ орк. – Обычно я встречаю Новый год в рубашке и удобных брюках. А сегодня меня упаковали в костюм, и разве только бабочку не нацепили. Еле отбился.
Как ни странно, при известии, что не одна я страдала, мне сразу полегчало.
– О чем вы там шепчетесь? – спросил Михаил.
Рядом с ним уже сидела Франциска. Они с Анжеликой довольно быстро присоединились к компании и теперь внимательно наблюдали за нами.
Но Сережа только махнул рукой.
Поболтав немного, все плавно перекочевали за стол. Время неумолимо приближалось к полуночи, и скоро должно было прозвучать обращение президента.
Посадили меня, естественно, рядом с Сергеем. В столовой включили большой телевизор, и комнату сразу заполнили звуки музыки праздничной программы. И тут же вокруг все как будто заискрилось и наполнилось новогодним светом.
– Кто в этот год будет официантом? – поинтересовался Роман.
– Феодора, – ответила Пелагея.
– Заставлять гостью… – начала Татьяна.
Но между мной и Пелагеей была договоренность, и я все подготовила заранее. Повинуясь моему заклинанию, блюда, паря в воздухе, начали подлетать к столу, опускаясь перед каждым присутствующим. Все заулыбались, благодаря меня. А глава дома, подняв палец вверх, наставительно казал:
– Ну, что я говорил? Главное, похитить полезного человека! Учитесь!
– Феликс! – воскликнула Татьяна.
Роман с Михаилом заржали, остальные тоже не смогли сдержать смеха, включая и меня.
А в это время к каждому по очереди подлетала бутылка, разливая шипучее вино, и все подняли бокалы, провожая старый год и чествуя новую гостью, то есть меня.
Увидев, что все начали понемногу есть, я стала рассматривать, что же такое лежит на моей тарелке. Мясо с луком, черносливом и сметаной. Как гарнир – картофель, чуть-чуть. И все бы прекрасно, если бы не чернослив – вот не люблю я его.
– У тебя такое забавное выражение лица, – склонился к моему уху Сергей.
– Почему? – испугалась я, полагая, что выдала свое недовольство, а в гостях это невежливо.
– Не знаю. Но какое-то странное выражение. Ты не любишь картофель?"
"Помолчав несколько секунд в нерешительности, я ответила также шепотом:
– Нет, чернослив.
– Тогда давай поменяемся. Я тебе – картошку а ты мне – чернослив.
Удивленно посмотрев на Сережу, я кивнула, и мы тут же вытащили из тарелок друг друга то, что нам так нравится.
