Я ведь желанию Вилины так радовался даже не потому, что личной жизни давно не было, а потому что подходящего партнера я не встречал уже больше сотни лет! Это, разумеется, не означало, что я практиковал воздержание, но, конечно же, не на каждую просьбу провести прекрасную ночь любви отвечал согласием и так искренне выражал готовность."
"Раньше демоны вообще без разговоров похищали таких людей, но сейчас это считалось варварство. И означало, что у тебя недостаточно ума и изобретательности, чтобы уговорить потенциальную спутницу отправиться с тобой.
Люди называли это влюбленностью, кажется, но для нас, высших демонов, это было немного иное чувство. Слабее поначалу, чем влюбленность, но позднее гораздо сильнее, чем любовь. Можно было прервать это притяжение сущности прямо сейчас, ограничившись стандартными отношениями призывателя и призванного. Они подразумевали заботу и уважение, но не более того. А можно было присмотреться к Вилине и попробовать зайти дальше. Я выбрал второе.
Хотя это и могло немного помешать моей основной задаче в этом мире, но, в конце концов, разве я не один из могущественнейших представителей Нижнего мира? Если я даже не смогу совместить два таких несложных дела, то пора будет уже мне, а не демонятам, отправляться на переобучение.
Вилина пошевелилась, скоро проснется. Стоит ли мне разбудить ее поцелуем? Людям ведь такое нравится?
Глава 10
Я лежала с закрытыми глазами и ждала. Ждала, когда некто, нависший надо мной и дышавший мне прямо в лицо, отстранится. Спросонья я подумала о двух вариантах.
Кто-то снова отвязал Гимли — огромного пса, который любил бегать по академии и будить как нерадивых студентов, так и приличных преподавателей и прочих добросовестных работников академии, шумно дыша им прямо в лицо. Правда, дышали не так уж громко, да и какого-то запаха, свойственного огромному псу, жрущему все подряд (кроме людей), я не учуяла. Второй вариант — меня пришли убивать. Кто, зачем? Понятия не имела, но повод я давала, да и предпосылки были. Чего я не ждала, так это легкого прикосновения к губам.
Нежного, приятного…
Лефиус! Я резко открыла глаза и уставилась на демона, который нагло-пренагло улыбался.
— Огненного утра, лавового дня, Рисшеэннэ, — шепнул мне ухо, даже не думая отстраняться.
От соблазнительных и искушающих ноток в голосе покраснел бы даже камень! Демон, сущий высший демон!
— Доброго утра, — просипела я, отползая по кровати от Лефиуса влево. — Вчера…
Я помнила, что потеряла сознание из-за сработавшего обета.
