Я могу в любой момент ими пожертвовать — и все благополучно закончится.
— Не хочу, чтобы ты терял крылья, — тихо сказала я. — Это нечестно, если из-за какой-то мрази… Рога ему чьи там куда там!
Сама мысль о такой несправедливости раздражала до крайности, хотелось найти этого Акреона и без лишних затей побить. Разумеется, не руками, мне бы тогда самой было больно, а чем-то тяжелым и увесистым. Фантазии такие фантазии!
— Конечно, я тоже их не хочу терять. К тому же, они тебе так нравятся. И, я так понимаю, общение с Элестицией разнообразило твой словарный запас? — прошептал Леф.
— Кхм-кхм, вы там долго?
Я чуть выглянула из-за плеча моего демона, чтобы увидеть недовольного Руфиуса. Судя по всему, стоял он на пороге моей комнаты давно.
— Нетерпение — худшее качество мужчины, я бы сказал, что фатальное для здоровых взрослых отношений, заранее сочувствую твоей избраннице, — процедил Лефиус, отстраняясь и заглядывая мне в глаза: — Ты побудешь тут вместе с Руфиусом в этой комнате. Сейчас она самая защищенная, случайное заклинание, разумеется, если оно не создано руками талантливой демонессы изнутри, — Леф бросил взгляд на трещины на стене, а поползшая вверх бровь свидетельствовала, что сюрпризы такого рода к любимым не относились, — не оставит даже царапины.
Стоило Лефу выйти из комнаты, как тревога пронзила меня с головы до пят. Я подбежала к окну, выглянула и поняла, что из этой комнаты я точно ничего не увижу. Руфиус, который молча смотрел за моими метаниями, вздохнул, вытащил из воздуха зеркало на подставке, разместил его на столе и поманил меня рукой.
Я подошла, по привычке глянула в зеркало и поняла, что это не просто какое-то зеркало, а новейший передатчик информации! Прямо во дворе спиной к центральному входу стоял Краус фон Аффет, а напротив — Акреон, позади которого, похоже, и были те самые фанатики — нормальные люди вряд ли наденут белый балахон с капюшоном и странными символами на груди.
— Только братцу ни слова. Леф запретил мне тебе показывать происходящее. Братец… скорее всего, сожжет свои крылья, потому что иначе артефакту не противостоять, а это зрелище точно не из приятных — ужасно больно, — тихо сказал Руфиус, а я вздрогнула.
Но что я могла сделать? Я умела только призывать демонов, но сейчас это было абсолютно бесполезно. Я даже магией пользоваться не могла! Ничего не умеющая и ни на что не способная, Вильгельминария Эр Шаттэ. Я стиснула губы, чтобы не расплакаться, и посмотрела в зеркало: пока сражение не началось.
