— Мне кажется, ты не до конца понимаешь, что именно значат призыватели для демонов и других жителей Нижнего Мира, тут говорить о доброте неуместно, — сказал Руфиус, садясь на стул рядом с моей кроватью. — Попробую объяснить с человеческой точки зрения.
Хорошо, что я сидела, иначе точно рухнула бы на месте. Демон будет мне объяснять с человеческой точки зрения?!
— Что? Не смотри такими круглыми глазами, в конце концов, я сильно отличаюсь от Лефиуса. Это он важная персона в Нижнем Мире. И путешествует куда-то исключительно по срочным и большим делам, где обычные демоны не справятся.
Да и вызовы с желаниями у него под стать силе. А я куда свободнее, потому не один век провел среди людей. Конечно, традиция и обычаи везде разные, но во всех мирах людях одинаковы в кое в чем.
— И в чем же?
— Всегда очень и очень разные, — рассмеялся Руфиус. — В этом и есть прелесть людей. Разные характеры, разные желания. Среди демонов очень популярны маленькие споры из категории, что же загадает призвавший нас.
И только на людские желания никто не гадает, потому что никогда не знаешь, чего от вас ожидать.
Руфиус абсолютно точно не выглядел расстроенным, скорее, мечтательным.
— Такое чувство, словно все эти вещи не раздражают.
— Конечно, нет. Демоны любят разнообразие… — начал Руфиус, но замолчал, отрицательно мотнул головой: — Немного не так. Мы живем так долго, видим так много, что рано или поздно все расы, все желания других существ становятся слишком предсказуемыми. И только люди способным удивлять.
Это приятно.
— Вот, а ты говоришь, что демоны не слишком добры к людям, — чуть усмехнулся я, впрочем, не переходя грани — высший демон немного настораживал.
Любой представитель этой расы, кроме Лефиуса, вызывал разумное опасение.
— Мы находим людей интересными. А вот с призывателями ситуация чуть иная, тут не только любопытство, но и более глубокие чувства. Можешь представить друга детства, с которым вы разлучились на долгие-долгие годы? Вы пошли разными направлениями, испытали столько всего по отдельности, стали, по сути, другими людьми, но воспоминания о детских играх и общении всегда вызывает ностальгию, а встреча — теплоту и радость.
Примерно то же испытывает любой демон, которого призвали. Понятно, что если ваш друг детства оказывает редкостным экскрементом лавового ездового зверя, то и чувства улетучиваются. Но если ничего не делать, то демон будет испытывать дружескую симпатию к призывателю только потому, что тот существует.
