Сверху холма – человеческий мир, внутри – Сид, мир духов. И есть Самайн. – Он выразительно развел руками, как бы говоря, что вот она, мысль, к которой он их вел. – Праздник, который связывает мертвую и живую половины…
Все многозначительно помолчали. Норман был не уверен, что они уловили эфемерную улику, которая казалась ему очевидной: работой охотников было убивать, а не искать улики в лексических – или любых других – синонимизмах.
Из всех них высказался только Киаран:
– Ну, в сказках… Там немного по-другому.
Фонари дернулись к нему, заставив его поморщиться от света."
"– Обычно Сид – это прекрасное сказочное место, а населяют его Сидхе – это боги, живущие в холмах. Они… добрые. – Было слышно, что ему неловко рассказывать сказки четырем взрослым людям, стоя в глубине старой шахты в полной темноте. – И в самых распространенных сюжетах они борются с демонами-фоморами. Это вот как раз злые существа, их по-разному описывают.
Они живут в холмах, одноглазые, иногда гигантские, иногда крошечные… Иногда они могут утаскивать людей и тоже превращать их в фоморов. Но я ничего не слышал о Сиде как о темной стороне… Извините.
– Темная сторона – это у Дарта Вейдера, – съязвила Джемма, но Норман благожелательно ее перебил:
– На самом деле нельзя интерпретировать источники напрямую, Киаран. Сказки и мифы – это всего лишь эхо. Вот, например, моя работа как раз состоит в том, чтобы анализировать их и…
Его перебил невероятно противный голос Доу:
– Бла-бла-бла.
Очень интересно. Спасибо. И что это нам дает?
Норман проглотил раздражение.
– На самом деле ничего конкретного. – Он вернулся к своему маршруту, продолжая идти вдоль стены. – Кроме того, что наличие здесь шахты в холме удачно ложится на ирландский фольклор.
– Если мы будем разбирать весь ирландский фольклор, – Норман прямо слышал, как за его спиной Джемма уперла руки в бедра, – то можем лишь прийти к мысли, что на Хеллоуин какая-то одноглазая ирландская гадость вылезает из этой пещеры и утаскивает людей превращать их в форм… форомов.
Форморов. Не важно. Что не согласуется с деревенскими, которые спокойно живут с шахтой бок о бок уже тридцать с чертом пополам лет.
Норман уперся фонарем в оградительную холщовую ленту и, поняв, что дальше уже не пройти, развернулся обратно.
