– Пойми, дорогой, что для кремлевских эти бараны… или хомяки… они им не страшны! Им даже выгоден этот цирк, чтоб вы знали!..
В разговоре, записанном кем-то для неизвестно каких нужд, возникла небольшая пауза.
Игнатьев удивленно покачал головой.
Не узнать этого человека даже на записи не самого лучшего качества, не узнать этот вкрадчивый торопливый голос, его характерные интонации было нельзя.
Уж слишком известная, хотя и одиозная личность…
Но как, хотелось бы знать, запись разговора опального лондонского олигарха с неким лицом попала в ОВД Пресненского района?
Игнатьев посмотрел на стажера.
– Гецко, откуда у вас эта запись? И почему вы взялись ее просматривать? Да еще и используя компьютер вашего старшего коллеги?!
– Так это… сам Виктор Иванович попросил проверить флешку… Велел посмотреть, что на ней записано.
– Что значит – «попросил»? – недовольно пробасил Игнатьев. – Что значит – «попросил»?!! Здесь не «просят», а приказывают. Или дают распоряжения и указания!
Из коридора – через приоткрытую дверь – послышались мужские голоса.
Их звуки смешивались с голосами двух мужчин, доносившимися из динамика.
– Ладно, потом договорим, – сказал кому-то из коллег Бубнов. – Мне надо дело о краже дооформить…
Бубнов, увидев в собственном кабинете начальника, остановился на пороге.
– Ну, чего застыл? – Игнатьев бросил на старшего опера хмурый взгляд. – Проходи! И закрой за собой дверь.
Бубнов положил на стол портфельчик, снял куртку, повесил ее на вешалку у входа. Он отсутствовал в ОВД около двух часов; ездил с коллегой на «выволочку» к месту позавчерашнего происшествия на Никитский бульвар.
Туда же доставили из СИЗО двух проходящих по этому делу парней – им еще сутки назад было предъявлено обвинение по статье 158-й, пока что по части 1-й, но есть шанс, учитывая найденную при одном из них крупную сумму в американских дензнаках, переквалифицировать на часть 4-ю.
Бубнов с удивлением прислушался к звучащим из динамика мужским голосам.
– Что это? – спросил он. – Знакомый какой-то голос…
– То же самое, Виктор Иванович, хотел спросить и я, – пробасил Игнатьев.
– Что это за запись?
Стажер, кашлянув в кулак, привлек к себе внимание старших по званию и должности товарищей.
– Товарищ подполковник… Виктор Иванович, – стажер посмотрел на начальника, затем на старшего оперуполномоченного. – Это та самая запись, Виктор Иванович, которую вы велели мне просмотреть, пока вы отъехали по своим делам.
– А-а… – Бубнов кивнул. – Понятно… – Он задумчиво покивал головой.
