Я заметила, как вздулись вены на руках, вцепившихся в рычаг управления. Браслеты-татуировки светились, а от магии потрескивал воздух. Мне даже дышать было больно от ее концентрации.
Магиккар двигался всё быстрее, и в какой-то миг я зажмурилась от страха. От скорости перехватывало дыхание. Окружающие улицы слились в смазанное пятно, и я не верила, что останусь жива после этой сумасшедшей гонки. Каждый поворот мог стать фатальным.
Преследователи не отставали, словно пытались загнать нас в угол. Начала кружиться голова, и даже закрытые глаза не спасали.
Осторожно посмотрела назад. Чужой магиккар всё еще был там. Хищный, опасный. Я не знала, сколько он будет преследовать нас и что случится, когда настигнет. А если мы успеем добраться до ворот академии? Тогда что? От нас отстанут или нападут?
Нокс лавировал на узких улицах города, неожиданно поворачивал, а то и вовсе разворачивался на сто восемьдесят градусов, и мы на немыслимой скорости мчались назад, сбивая преследователей со следа. И нам всё же удалось.
Сначала три огненных глаза сзади стали мельче, а потом и вовсе исчезли за очередным поворотом. Нокс еще какое-то время покружил по городу, практически не снижая скорости, а потом сообщил отстраненно:
– Оторвались.
И поехал спокойнее.
Я сидела, сжавшись, и молилась о том, чтобы бы мы как можно быстрее добрались до академии. Там я моментально сбегу к себе в комнату, всё хорошенько обдумаю. Ну, а до понедельника сегодняшний вечер как-нибудь забудется.
Плохо было то, что я всё еще ощущала действие алкоголя и дурмана.
Адреналин от погони стучал в висках, страх растаял слишком быстро, и все мои силы уходили на то, чтобы не сделать какую-нибудь глупость. Собственно, поэтому я сидела и таращилась в окно.
Нокс тоже не торопился со мной говорить. Ну и замечательно, мне еще его нотаций не хватало. Я и так с трудом сдерживалась, чтобы вести себя прилично. Едва я поняла, что мне больше ничего не угрожает, погоня отстала, захотелось веселиться дальше. Весьма странное желание в свете всего случившегося.
Ей-богу, даже пару раз приходила в голову мысль попробовать сбежать, но движущаяся штуковина Нокса ехала так быстро, что разумнее было сидеть и не дергаться, чем я и занималась.
А еще, вопреки здравому смыслу, хотелось посмотреть на Нокса. Одна моя часть боялась, а другая жаждала снова увидеть вязь татуировок на шее, сильный подбородок. И чем дальше, тем сильнее я боролась сама с собой. Не поворачивала голову лишь потому, что не хотела слушать ругань.
