Оригинал я не дочитала, но то, что мне известно, дает понять, что по итогу помолвка с Иванной была разорвана, и Роберт взял в жены талантливую магичку из той же семьи. Потому, от моей потери король не сильно потерял и одобрил брак сына с незаконнорожденной, но единственной наследницей маркиза Варенн, которой Алиссия стала после моей казни. Им просто нужно время, чтобы все обдумать. Вскоре и принц и сам король, пораскинув мозгами, придут к решению, что разорвать со мной помолвку в пользу Алиссии — неплохой вариант.
Просто это неочевидно пока, так как Алиссия официально не дебютировала и не была представлена королю, но исходя из сюжета, этот момент не за горами. Мне просто нужно продержаться это время. Главное, что я обозначила свои намерения, а дальше с меня — взятки гладки. Пусть не обвиняют меня в том, что я беспочвенно ревную и липну к кронпринцу, точно банные лист.
— Я приду завтра, тогда и поговорим. Сейчас ты явно не в себе, — стремительно развернулся кронпринц и вышел из комнаты.
"
"Желание проводить его выразительной фигурой из пальцев было невыносимым.
— Сестра… — дрожащим голосом позвала Алиссия. А вот про нее-то я и забыла. — Это… это все моя вина, — заплакала она, по своему обыкновению прибедняясь.
По закону жанра, я должна была ее заверить, что это не так, ведь к Алиссии всегда были очень добры, в том числе и Иванна, которые закрывали глаза на все проделки непутевой деревенской девочки.
Однако, я — не Иванна и ни на что закрывать глаза не намерена:
— Вы с Его Высочеством виноваты в равной степени, — кивнула я и едва сдержала злую усмешку, заметив, как она вздрогнула, а от удивления даже плакать перестала.
— Тебе уже не пять лет, Алиссия, ты больше не живешь в деревне. Несмотря на все мои попытки обучить тебя новой жизни, ты категорически отказываешься это делать. Потому твое простодушие не может быть оправдание. Пора бы осознать, что ты теперь аристократка и официальное лицо, от твоих действий могут пострадать люди. В итоге, то, что ты не смогла отказать чужому жениху, вылилось не только моей испорченной репутацией, но и тем, что я едва не лишилась жизни.
— Ты… ты правда так думаешь? Это же жестоко…
— Будь я жестокой, взяла бы тебя за волосы и привела к отцу, с требованием выгнать из дома. Для любой другой аристократки твое поведение было бы непростительным, — оборвала я ее сопливую тираду о моей мнимой жестокости. Она испуганно расширила глаза, не ожидая от меня такой резкости.
