Может, и не мое перерождение виновато в том, что я могу следовать вразрез сюжету? Просто на мне блок сильнее некоторых будет?
— Насколько мне известно, помимо королевской семьи, блок ставят только главам семей в момент передачи титула, ведь только тогда это имеет смысл в масштабах государственной важности. То есть, пока ты не примешь на себя титул маркизата, блок не ставится, ибо ты просто никак не можешь повлиять на дела королевства, а значит и риска не представляешь, чтобы тратить на тебя высокоуровневую защиту, — пожал плечами Бастиан.
— Значит… нет, — вздохнула я. — Как бы то ни было, раз даже ты заметил, выходит, это уже не может быть моей галюцинацией. И, если это — неестественно, должна быть причина. Нужно только найти ее.
— Я займусь этим. В герцогстве множество магических книг, да и в рыцарском ордене должны сохраниться материалы дела по ментальным магам. Глядишь, что-нибудь, да обнаружу, — сообщил Бастиан, а после долго посмотрел на меня. — А ты?
— Что я?"
"— Что ты планируешь делать, если выяснится, что на Робе действует ментальное воздействие? Вернешься к нему, а сейчас решишь повременить с расторжением помолвки?
— С чего бы? — деловито повела я плечом и цинично усмехнулась.
— По своей вине или нет, действия кронпринца выжгли из меня любые намеки на влюбленность. Теперь у меня новые приоритеты, который с кронпринцем никак не связаны. Потому, план тот же, с тем лишь допущением, что теперь ментальное здоровье Роберта — на твоей совести.
Ибо, извини, но у меня есть дела поважнее, — развела я руками.
Я думала, меня здесь же на месте обругают, обвинив в измене, учитывая, что я знаю о возможной болезни кронпринца, но ничего не предпринимаю. Однако… Бастиан молчал, а в уголках его губ я заметила намек на улыбку.
— Вот, значит, как, — улыбнулся он своим мыслям и скосил на меня странно блеснувший взгляд.
— Почему ты на меня так смотришь? — занервничала я, вновь краснея ни с того, ни с сего.
— Да так, — отмахнулся он.
— Предлагаю отложить дальнейшее обсуждение до следующего раза. В конечном счёте необходимо вспомнить, для чего мы здесь сегодня, — посерьезнел он, но было видно, что поганец перевел тему.
— А ведь и правда! Мне не только нужно разорвать помолвку, но еще и прорекламировать мою «прелесть», — любовно погладив карман, в котором хранился первый прототип электрошокера, позорно поддалась я на манипуляцию, так как самой продолжать скользкую тему было неловко.
