И Самоделкин ещё вспомнит о нас и будет упоминать как основателей этой новой традиции.
В кружок барабанщиков нас не приняли. Сказали, что сейчас свободных барабанов нет. А может, слух о нас уже дошёл, и руководитель кружка не решился проверять своё терпение. Но мы особо и не расстроились. В лагере были ещё кружки.
Но самым интересным оказался кружок фотолюбителей. Там Вовка раскрыл свои таланты с первой попытки. Как обычно, не все в итоге их оценили, но если брать по отдельности, то каждый был доволен. Так же, как и возмущён.
Кружка по фотографии раньше в лагере не было. Радион Карлович появился уже после открытия смены. Спустя несколько дней. Ему выделили помещение за сценой летнего театра. По назначению он использовался редко, и комнаты просто простаивали. Либо там хранили всякий хлам. Попасть в фотокружок сразу захотели многие. Но старший пионервожатый решил установить очерёдность. Первым он решил пустить туда самый младший отряд. То есть наш. Сивыч подумал, что занятие фотоделом отвлечёт нас от желания нарушать дисциплину и режим.
Почти так и получилось. Но только кроме Вовки никто не захотел заниматься фотоделом. Сергей Иванович решил, что и его достаточно, тем более что и других желающих учиться фотографии в лагере было много.
Всё время, отведённое для творчества, Вовка пропадал в фотокружке. Радион Карлович учил его и всех остальных базовым азам мастерства. На следующей неделе организовывалась фотоохота. Фотоаппаратов было немного, и все должны были по очереди, за один день, отснять плёнку для дальнейшей выставки фоторабот.
Тема была свободной.
Когда дошла очередь до Вовки и он вооружился «Сменой 8М», мы уж приготовились, что он начнёт нас мучить своими просьбами нас увековечить на фото и явить миру на фотовыставке. Ведь все остальные практически этим и занимались. Фотографировали своих друзей по отряду. Вместе и по отдельности. Некоторые снимали природу и птиц. Ну и просто лагерь в целом с его строениями. Вовка же, как истинный художник, пошёл своим путём.
Он целый день то исчезал, то появлялся и при всём этом загадочно молчал и улыбался чему-то своему. На это время его даже освободили от всех занятий в отряде. Алексей с Матрасихой очень рассчитывали, может, не на победу Вовки и нашего отряда в конкурсе, но как минимум на то, что нас заметят."
"К вечеру он явился с полностью отснятой фотоплёнкой в кружок. Там они с Радионом Карловичем проявили плёнку и занялись печатью фотографий.
