— Большой отряд быстрого реагирования Дмитрия Николаевича Акулова будет всегда находиться в бывшей усадьбе Пантелеева. Отсюда всего двадцать километров.
— Да знаем мы, где это. — Старичок перевёл взгляд на Свята и наклонил голову. — Дмитрий Николаевич, очень приятно с вами познакомиться! Давно ждали вас в гости.
— Кхм! — ещё больше смутился Жуков. — Это не Дмитрий Николаевич, это его правая рука, Святослав Валерьевич.
— А-а, — тут же погрустнел староста."
"— Его сиятельство в скором времени тоже обязательно заедет, — взял слово Свят, и, когда его уверенный голос разнёсся над толпой, сразу же наступила тишина.
— Липитинцы, будьте спокойны, мы не дадим вас в обиду! Господин капитан не может говорить прямо, а я могу. Звоните в полицию, если хотите, но поверьте, если какая-нибудь козлина появится здесь, лучше сразу связывайтесь с нами. Мы дадим координаты сразу трёх радиостанций, и хоть одна из них точно будет свободна. Отряд выедет мгновенно! Максимум через двадцать минут будет здесь, и мы раздавим любую падаль.
Если кто надумает прийти и требовать что-то, прямо говорите, что вы находитесь под защитой Акулова и уже вызвали его. Никакая вражеская сволочь не должна распоряжаться на нашей земле. Вы согласны?
— А сколько это будет нам стоить? — раздался неуверенный голос.
Рыжий помощник графа тут же обернулся в сторону говорившего.
— Что за дурацкие вопросы? И сам вызов бесплатно, и помощь бесплатно. Правильно говорит господин капитан, войны ещё нет, но никто не знает, что будет завтра. И, не ровен час, всем нам придётся прятаться за одними стенами.
Будь то Усмань или та здоровая кирпичная стена, которую мы сейчас построили вокруг нашего Савино. Кстати, если хотите, можете приехать посмотреть. Пятьсот метров по каждой стороне. Высотой шесть и толщиной три.
— Ни хрена себе, какая огромная, — зашептались со всех сторон.
— Ага, а ещё отовсюду пушки торчат. А в деревне у нас уже три тысячи человек живёт. И мы, кстати говоря, хорошо платим наёмным рабочим и…
В этот момент капитан наступил Святу на ногу.
«Ну да, — подумал помощник графа, — наверное, слишком резкий переход. Ладно, речь мы ещё отрепетируем».
— В общем, липитинцы, если что, звоните. Мы, кстати, думали ещё, может быть, вам на воротах в деревню акулу нарисовать. Но потом решили, что вы, наверное, не захотите…
— Почему не захотим? — тут же тряхнул бородой староста. — За рисунок же вы тоже денег не возьмёте?
— Какие деньги, отец? — рассмеялся Свят. — Говорю же, все люди братья. И сёстры.