Просто великолепно!
— Тогда, отвечая на твой вопрос, мы сможем наладить поставки известняка на следующий день после того, как обзаведёмся лесорубом.
— Ага… — Катя пододвинула лежащую на столе тетрадь и открыла её. — Ну, как раз… Завтра нам должны привезти первые машины из линии производства цемента. Мы, конечно, за них отдали очень много, но и удалось сэкономить за счёт средних жемчужин, на которых они работают. Фундамент на берегу рядом с кирпичным заводом почти готов. Как раз два дня на то, чтобы всё установить и протестировать.
Офигеть! Уже совсем скоро мы начнём производить цемент?
— Что, не веришь, что всё это сделал сам? — ухмыльнулась появившаяся прямо на столе Акаи.
«Иногда нет».
— Но ты сделал! Молодчина, и все остальные тоже молодчины!
— Молодец, Катюш! — Я поднял кружку с пивом и стукнул по стакану с компотом помощницы. — Как твоя семья?
— Да как все! — Девушка махнула рукой. — Первые дни виделась ещё с ними, а сейчас папа в мастерской безвылазно, а девочки в школу ходят, магию изучают, ещё чем-то занимаются.
Я, наверное, после праздника с ними парой слов всего перекинулась. Но это ерунда! Главное, что они рядом и в безопасности! Ещё раз спасибо вам!
Теперь Катя подняла свой компот и ударила по моей кружке.
— Ещё раз пожалуйста! — Я допил пиво и сыто потянулся. — Тогда, если у тебя больше вопросов нет, пойду пройдусь по деревне.
— У меня нет.
— Хорошо! — Я встал, и мой взгляд опять упал на тетрадь, в которой помощница уже снова что-то писала. — О! Всё хотел спросить, сколько ты уже таких тетрадок исписала?
— Даже не спрашивайте, Дмитрий Николаевич! — рассмеялась девушка.
— И кстати! Вы так и не ответили мне в прошлый раз, вам ноутбук нужен?
— Да зачем он мне? — пожал плечами я. — Хотя бы соедините их, тогда по сети можно будет во что-нибудь поиграть.
— Очень смешно. — Катя вернулась к записям, а я вышел из усадьбы и пошёл к больнице.
В окнах свет уже не горел, и Мила вышла ко мне на крыльцо. Её рыжие волосы были собраны в хвост, а поверх белого сарафана она надела зелёный халат.
— Как у вас? — поцеловав её в щеку, спросил я.
— Хорошо, — кивнула смутившаяся девушка. — Из первых тридцати добровольцев остались только восемь, у кого не было побочек и при этом появился прогресс. Все освободившиеся кровати заняли новенькие, и им даём немного изменённые препараты. Критических ситуаций после первой ночи больше не было.
— А прогресс заметный?
— Разный. — Мила задумчиво оглянулась на окна больницы.
