Разумеется, пришлось себя ограничивать, чтобы те ничего не почувствовали, но процентов по десять я у всех забрал, прогнав энергию по магическим каналам и объединив со своим резервом, передал на жучка и тут же атаковал.
Мощнейший удар тьмой высосал всю энергию из защиты главаря, и тут же вплетённый в заклинание огонь прожёг в его груди огромную дыру. Пульт выпал из руки в уже подготовленную мной яму. И, когда снова смыкал над ним землю, я ткнул в кнопку с цифрой два.
Угадал! Вой снова раздался, но теперь на самой границе слышимости.
Сработал следующий от нас манок.
Стоящие поблизости центровцы знатно охренели, но тем не менее быстро сориентировались и принялись раздвигать землю в поисках пульта. Я же продолжал закапывать его еще глубже и уводить в сторону… а потом всё вдруг померкло. Да, так бывает, когда ты перестаёшь следить за расходом энергии и вдруг оказывается, что ушел глубоко в минус.
* * *Очнулся я в палатке, по которой молотили мощные струи дождя. И тут же испытал чувство дежавю.
Мало того, мой организм снова пытался сожрать сам себя, и всё тело жгло огнём, так ещё и прямо надо мной нависало обрамлённое вьющимися чёрными волосами лицо женщины. Той самой, что лечила меня после битвы с «Центром» на реке.
Я уже приготовился пошутить на эту тему, но вдруг понял, что она-то, вероятно, меня не узнает. Тогда я был с совсем другим лицом.
— Выпейте это, граф. — Продолжая повторять ту же сцену, женщина подняла мою голову и по очереди влила содержимое пяти пузырьков.
Приятно, когда ты знаешь схему лечения.
— Спасибо, — не удержался от улыбки я.
— Пожалуйста, — женщина улыбнулась, поправила чёрные волосы и… выползла из палатки, так же, как и в прошлый раз, продемонстрировав мне закованный в тяжёлую броню зад.
Раз она здесь, то точно штурмовой отряд возглавлял полковник Севастьянов.
В проёме палатки появился силуэт, но вместо него или Влада ко мне забрался Геннадий Станиславович. И первым делом он закрыл вход и открыл уже знакомый дипломат.
Ну что за люди? Даже поваляться после очередного геройского подвига не дают. Впрочем, разговора с главным разведчиком империи я и сам очень сильно хотел.
Ведь у него есть то, что мне нужно. Вопрос в том, готов ли он мне это дать.
Глава 17
— Как дела, Дмитрий Николаевич? — с каменным лицом спросил главный разведчик, когда нас окружило защитное поле.
— Это вы мне скажите, — испытывая огромное облегчение от уходящей боли, проговорил я.
