– У всех дети, как дети, – завела старую песню мать. – А тут – сначала любовница из какого-то Новосибирска к мужу приехала! Потом муж пропал! Потом – ни много, ни мало, труп на кухне нашелся! Ужас!! Танька, а того мужика не ты, случаем, грохнула? Может, он твой любовник? Мне-то скажи, не стесняйся! – Мама захохотала, пролила чай на халат, дернулась, схватила с крючка полотенце и бросила его на халат.
– Мама!
– Что, мама?! – завелась мама. – Что?! Где ты живешь сейчас?! Я заходила к тебе, мне никто не открыл! Квартира стоит пустая! В школу звоню – отпуск у нее, говорят.
В начале учебного года! Отпуск!! Бабка, соседка с первого этажа, сказала, хахаль у тебя завелся! Молодой, красивый, богатый – розы корзинами шлет! Так что, что мама?! Уж скажи все как есть, не строй из себя праведницу! Я ж не против богатых любовников! Я за то, чтобы семья от этого не страдала! А где у тебя семья? В пять утра с мордой разбитой приходишь! Упала она! Я упала с сеновала, тормозила головой! И это теперь, когда все уже так хорошо устраивалось, когда я подсуетилась и организовала тебе безбедную, счастливую жизнь!
– Мама! – Таня вскочила и отшвырнула маленькую кофейную чашку в угол.
Чашка, всхлипнув, разлетелась на три равных по величине осколка.
Мама с удивлением на них посмотрела. Никогда ее дочь не била посуду.
– Девочки, девочки, не надо ссориться, – Афанасий привстал со своего места. – Ссориться, я вас прошу, не надо! Хотите кофе с корицей?
– Да пошел ты со своей корицей!! – Мама размахнулась и запустила свою чашку в тот же угол.
Отчего-то чашка не разбилась, а сделала три бодрых прыжка к мусорному ведру.
– Отличная, французская посуда из небьющегося стекла ! – пробормотал Афанасий. – Это ведь я дарил, Софочка, да?
– У всех дети, как дети! – мать вдруг разрыдалась. Слезы пробили кривые дорожки на затонированном пудрой лице. – Мы ведь все для нее сделали! Живи и радуйся! Радуйся и живи!
– Кто это мы, и что сделали?! – Таня первый раз видела, чтобы мать плакала.
Поверить, что до слез мать могло довести ее появление в пять утра с разбитой физиономией, она не могла. – Чему радоваться-то?! – спросила Таня.
– Чему-чему! – завопила мать, наливаясь краской. – Афанасьева твоего через две недели должны были назначить главным редактором международной газеты «Власть»! Я подсуетилась, Афанасий все организовал! Афанасий ведь вице-президент вашего медиахолдинга.
