Контроль реактора и двигательных секций указывал: «Корпускул» должен двигаться на постоянной скорости, но действительное положение дел вступало в конфликт не только с показаниями приборов, но и со здравым смыслом. Корпус содрогался часто, неравномерно. Громкие, гулкие, скрежещущие звуки постоянно давили на психику. Накопители то и дело выдавали предупреждения о пиковых перегрузках. Ни для одного из перечисленных эффектов не было явных причин, их приходилось списывать на воздействие переполнявших тоннель энергий.
Наконец Антон нашел более или менее безопасный поток. Бледно-желтое сияние протянулось неровной, причудливо изгибающейся полосой. Вибрации уменьшились, реактор заработал стабильнее, но теперь приходилось постоянно корректировать курс, маневрировать едва ли не ежесекундно, чтобы не выйти за границы обнаруженного явления.
Мимо проплывали загадочные объекты. В отличие от энергетической «заводи», где сформировалось скопление рукотворных конструкций, эти на первый взгляд не имели ничего общего с космической техникой.
Скорее всего, раньше они являлись космическими кораблями, но подверглись чудовищным деформациям, превратились в похожие на астероиды глыбы с мягкими контурами поверхностей, иногда темных, иногда поблескивающих, а порою прозрачных, будто стекло.
Восприятие Антона, расширенное возможностями датчиков и бортового нейрокомпьютера, подмечало множество деталей, которые при иных обстоятельствах оказались бы вне поля зрения."
"Медленно вращающиеся «астероиды» при сканировании обнаруживали сложную внутреннюю структуру.
Теперь не оставалось сомнений – они состояли из спрессованных и сплавленных в комья обломков техники.
Вскоре за границами желтоватого течения появилась группа объектов, как будто впаянная в холодное изумрудное сияние, похожее на стекло.
Боб, молча наблюдавший за окружающим, встрепенулся, подался к экранам, куда Антон выводил укрупненное изображение.
Станция и порядка полусотни космических кораблей различных размеров и конструкций не двигались.
– Они попали в стазис, – сдавленно произнес скелх.
Антон впервые слышал этот термин.
В мыслях промелькнуло недоумение, но отвлекаться, задавать уточняющие вопросы некогда. Все внимание поглощало управление «Корпускулом», силы таяли с каждой минутой.
Боб уловил его мысли.
– Я слышал от Го-Лоита: существует цивилизация, чьи технологии позволяют управлять темпоральными потоками. Стазис, по словам омни, – это полная остановка, безвременье.
