Она бы на его месте тоже выбрала правильную и пушистую Настину неправильность, да простит ее Ленкина неправильная и суровая правильность!
* * *Джаник позвонил в ужасно неудобное время, аккурат перед самым обходом, и она торопливо проговорила в трубку:
– Можешь позже перезвонить? Или у тебя что-то срочное?
– Марсель, я должен тебе сказать… Прости, что так получилось, Марсель! Я не хотел…
– Что случилось, Джаник? Говори быстрее!
– Моя мама приехала, Марсель. Она вчера приходила к тете Аревик, чтобы со мной поговорить.
Сказала – в последний раз. Если я не одумаюсь и не вернусь в Ереван, то больше никогда не захочет меня видеть.
– И что? Что ты ей ответил?
– Я сказал, что не вернусь. Что люблю только тебя. И тетя Аревик пыталась маме сказать, чтобы… Ну, это долго рассказывать. Одним словом, после маминого ухода у тети Аревик случился очередной инфаркт, я «Скорую» вызвал.
Джаник замолчал, и Марсель, не выдержав паузы, спросила тихо:
– Она жива?
– Да… Да, она в реанимации.
Но врачи никаких гарантий не дают. Все, что могли на данный момент, уже сделали. А дальше…
– Не думай о плохом, Джаник. Все будет хорошо, слышишь?
– Марсель… Я еще должен тебе что-то сказать…
– Что, Джаник?
– Скажи… Леонид Максимович сейчас где находится? С тобой, на работе?
– Нет, он дома. У него сегодня выходной. А почему ты спрашиваешь?
– Понимаешь, моя мама, когда уходила, сказала, что поедет к тебе домой.
Что все тебе скажет, что думает. И я боюсь, что беседовать ей придется не с тобой, а с Леонидом Максимовичем. Я бы все равно не смог ее удержать, Марсель! Когда она в гневе, ее не удержишь!
– Да, я прекрасно помню твою разгневанную маму, Джаник. Ничего не изменилось, будто десяти лет и не было.
– Я не знаю, что делать, Марсель. Может, мне тоже поехать к Леониду Максимовичу? Объяснить все самому?
– Что? Что ты ему объяснишь, Джаник?
– Я скажу ему, что люблю тебя.
Что не могу жить без тебя, что ты единственная женщина в моей жизни. Все честно скажу. И попрошу прощения.
– Хм… Интересный у вас диалог получится, да… Мама будет говорить, что я падшая дурная женщина, ты будешь говорить, что я единственная… Да, озадачил ты меня, Джаник, ничего не могу сказать.
– Прости, Марсель. Я и сам не предполагал, что так все получится.
