Не желаю знать, что меня предали, растоптали наивное сердце, которое успело за эти месяцы полюбить бесчувственного дракона.
Мне казалось, что, несмотря на холодность с его стороны, у нас все хорошо, ведь мы трапезничаем вместе, гуляем в парке. Последнее не часто, но бывает. Но что, если мы так редко видимся не из-за службы и нависшей угрозы, а из-за другой женщины? Что, если эти незнакомки правы, и он мне изменяет?
Арз часто задерживается на службе, в последнее время даже не приходит ночевать в замок. Мы меньше общаемся.
Может, в этом все дело? Не в занятости, а в том, что у него другая?
Нет, Великие драконы. Что же я говорю. Это все глупости. Сейчас я спокойно пойду в северное крыло и не найду там супруга. Посмеюсь над собственной глупостью и буду радоваться празднику вместе с гостями. Да, именно так и сделаю.
Иду по пустынным коридорам замка. Праздник далеко за спиной. Магические факелы освещают коридоры. Стук каблучков эхом отражается от каменных стен. Кажется, что сердечко стучит в такт моим шагам, и отдает тупой болью в висках.
Голову сдавило от непрошеных мыслей.
Вместо того, чтобы успокоиться, сознание рисует страшные картины, что мой дракон с другой, что все слова злых на язык женщин, правда.
Шаг. Второй. Десятый. И вот я в северном крыле. Стою в начале коридора и не знаю, что же делать дальше. Надо бы идти и проверять каждую комнату. Но так страшно. Вдруг это правда и мой мир рухнет? Вдруг сказка в моей голове превратится в пыль?
Нет. Я должна. Жить в неведении еще тяжелее.
Я не смогу смотреть в глаза Арзу с тем же обожанием, как было до этого часа. Во мне навсегда останется вопрос: вдруг они сказали правду?
– Все, соберись, Айвина. Просто открывай двери, – говорю себе, делая глубокий вдох, и выдыхаю.
На этаже всего четыре комнаты. Медленно подхожу к первой двери. Заперта. То же самое и со второй. В третей – никого, только камин горит, но не похоже, что здесь кто-то был. Остается последняя дверь.
Подхожу к ней. Заношу дрожащую руку над массивной ручкой и одергиваю себя.
Мне страшно. За этой дверью может быть крах. Но я должна это сделать. Резко хватаюсь за ручку, нажимаю на нее и толкаю тяжелую дверь. И клянусь Великими драконами, жалею, что сделала это.
В малой библиотеке, на софе у окна, в окружении разбросанных книг – двое. Черный праздничный камзол с золотой нашивкой валяется на полу, атласная рубашка того же цвета небрежно брошена на подлокотник кресла. И платье. Алое. С пышной юбкой укрыло большой глобус.
