Зубы стучат друг об друга, и я неловко усмехаюсь.
– Ладно, понял. Никаких разговоров и откровений, пока я тебя не отогрею.
Я вмиг краснею от того, как двусмысленно прозвучала фраза Николая.
Мужчина же не замечает неловкости. Он берет мою ладонь в свою и прячет к себе в карман. Это нехитрое действие такое интимное, такое нежное, что я теряюсь.
Неужели можно начать чувствовать подобное к незнакомцу? Или у меня просто шок после пережитого?
***
Мы выходим к чудесному домику из камня, который и оказывается тем самым кафе, о котором говорил Николай.
Яркие огоньки окружают террасу и гостеприимно приглашают внутрь. Небольшие окна открывают зал, где совсем немноголюдно.
– Ну что, пошли?
Киваю, слабо улыбнувшись. Все это больше похоже на сон, чем на реальность. Рядом с Николаем я чувствую себя собой. Изначально он увидел меня настоящую, в буре эмоций, и его это не оттолкнуло. Значит, и сейчас мой простой вид его не смутит.
Мы заходим в теплый зал, где божественно пахнет мандаринами, свежей выпечкой и елью…
О боже! Как же я хотела поставить елочку в квартире на Новый год.
Это была моя детская мечта. В детдоме стояла одна большая в актовом зале, которую можно было увидеть только один раз на концерте, потом доступ к ней был закрыт.
А потом, когда я жила в общежитии, у меня не было возможности финансово купить себе елочку. Да и атмосфера была не та…
С Виктором же надежда постучалась в мое сердце, но быстро погасла у входа. Мужчина отказался наотрез, аргументируя это детским садом и мусором.
«Она же начнет осыпаться, потом эти иголочки еще полгода по всей квартире находить носками…»
Так я и смирилась, что на настоящую новогоднюю елку я могу посмотреть только в торговых центрах.
– Позволишь заказать на свой вкус? – обращается ко мне мужчина, когда мы располагаемся за дальним столиком у окна.
Я так ушла в свои мысли, что не сразу услышала вопрос.
– Что? А, заказ… Да-да, конечно! – киваю я и отодвигаю меню, снова уставившись в окно.
На улице пасмурно и начинает пролетать снежок, а я зачарованно смотрю на него.
В голове становится пусто и легко. Словно я сама превратилась в одну из этих снежинок и беззаботно кружу в лёгких порывах ветерка.
– Ну что, сирота Алиса, расскажешь свою сказочную историю? – обращается ко мне Николай, продиктовав официанту заказ.
– Да сказочного там мало… – тяну и я.
– И все же… – настаивает Коля, и я сдаюсь.
– Ну что сказать, выросла я в детдоме, куда попала в два года, после смерти родителей.
