Худенькая и невысокая, она держит за стенку и глядит на меня исподлобья.
Я долго привыкал к тому, что вот это вот чудо — моя жена. Ни о чём неподозревающая глупышка. Неловкая деревенская девушка, которую я в какой-то момент всё-таки стал считать сексуальной.
Как бы Ира ни бесилась от этого…
Конечно, не нужно было тянуть. В первую же неделю стоило со всем покончить. Но был ряд обстоятельств, из-за которых мы всё ещё в этой точке и не в какой другой. Одно из них — я хотел растянуть момент.
Не сильно. Если бы Ира потерпела, ничего бы сейчас не было.
А так — сначала придётся выдумать что-нибудь. Затем усыпить бдительность. Умаслить, влюбить ещё сильнее.
Не знаю, сколько это времени займёт.
Хотя… может быть Стеша поверит в любую ложь с первой попытки. Она любит меня так сильно, что сама себя убедит в чём угодно.
— Затошнило… — отвечает она на вопрос, вмиг заставив меня забыть обо всём, кроме беспокойства за неё. — Это от… — она с какой-то опаской вглядывается в моё лицо. — От пирожка.
— От пирожка.
— Да, — Стеша неловко кивает. — А теперь скажи мне, — голос такой, будто сейчас расплачется, — Ирина — не твоя сестра, так?
Интересный вывод.
Я выгибаю бровь, затем тяну к Стеше руку, чтобы коснуться плеча.
Но она отшатывается и всхлипывает.
Дело-то плохо.
Чёртова Ира и её поганый язык.
— Ладно, — выдыхаю, — любимая, идём со мной.
— Нет, сначала ответь! Где Ирина? Я сама с ней поговорю.
— Она уже ушла.
Это правда — хлопнула дверью, зная, что ей попадёт. Это к лучшему.
— Пойдём на кухню, это будет непростой разговор.
Стеша заранее начинает реветь. Я конечно понимаю, она маленькая девочка, я её первый, жизни не видела, но всё же раздражает.
Хочешь удержать мужика? Встань перед ним на колени и займись его достоинством.
Потому что сопли не нравятся никому.
Она садится напротив меня. Её трясёт.
Очень жаль, что так вышло.
— Дело в том, что Ирина не в себе, понимаешь?
— Нет, — Стеша хлопает своими глазами лани в свете фар. Умилительно.
— Она тебе не говорила, потому что ей стыдно.
И меня просила не говорить. А я не хотел ставить тебя в неудобное положение из-за чужой тайны.
— Не понимаю… Сегодня она говорила со мной и казалось адекватной.
— Да, вспышки агрессии и гнева у неё бывают редко, но метко. Но не бойся, дорогая, это не наследственное. Тогда бы я тебе, конечно, сказал.
— Какая болезнь заставит человека говорить такое?
Какое? Я уже сам не помню, что именно несла Ира. Допытывалась как обычно, сплю я с женой или нет… Мда.
