Ави немного успокоилась, схлопывая ладони, но всё так же боязливо косилась на выход, будто сейчас могли ворваться и схватить её.
— Что случилось? — требовала ответа, гордо подняв подбородок.
Эрина сняла подбитый мехом плащ, бросая его на стул, и поправила меч на поясе.
— Измена, — спокойно произнесла, и Авилину снова кольнула боль от того, что произошло. Но вряд ли выродка имела ввиду её и Авалоса. — Пока Ингальвур был с тобой, его брат, который, к слову, та ещё заноза в… — она замолчала, раздумывая, выдержат ли великородные уши такого ругательства, и передумала его употреблять.
— Как только наш эльф пересёк Мерцающую стену, Найл захватил власть, убив ближайших сторонников. И теперь нарёк себя императором.
Авилина подошла к ненавистной кровати и присела, потому что только осознала, что ненароком стала причиной всех бед эльфийского народа. И пусть Альф убеждал её в обратном. Он обещал, что, как только она ступит в Эльдион, свободный народ станет радоваться. Он говорил, что сделает всё возможное, дабы она ни в чём не нуждалась.
Что они создадут новый мир.
Только что можно создать на осколках их прошлого?
Прошёл всего день, как она переступила границу, и им с Альфом толком не удалось поговорить. Но в те недолгие два часа, когда они сидели наедине в этой комнате, она томилась тем, что он рядом. Будто было что-то неправильное, незаконное в его близости. Ничего предосудительного, лишь разговоры и молчаливые взгляды, лёгкое касание руки. Но каждый раз, когда его ладонь дотрагивалась до неё, бросало в жар.
И Альф понял, он осознал, что за эти месяцы у неё прошла целая жизнь. Та, в которой не было его, и что следует дать время, дабы Лина пришла в себя и стала прежней.
Он поведал ей свою историю, умолчав о том, как его магия лишила жизни воинов, а она лишь упомянула, что замужем за генералом. Была. Но теперь, когда решилась на побег, она не готова ответить, кто есть на самом деле.
— Мы пронесём все невзгоды вместе, — шептали его губы, а глаза горели настолько ярко, что Авилина даже забыла, как это бывает.
Словно перед ней явился призрак из прошлого, и теперь, когда эмоции схлынули, она не готова была с уверенностью сказать, что здесь её место. Хотелось заснуть и проснуться в своей кровати, и чтобы всё оказалось кошмаром."
"— Я буду ждать столько, сколько потребуется, — продолжал Альф, и голос его растворялся в её страданиях. Если бы он знал, как слова терзают душу, как раздирают её на части. Но эльф пытался дать поддержку.
