Он переводит глаза с меня на Клинка, сидящего у меня на шее.
— Огненная ящерица, — говорит он. — вы установили с ней связь? Это никому не удавалось сотни лет. Как вы это сделали?
— Только благодаря наследнику, — говорю я.
— Значит это правда, и вы действительно носите истинного наследника? Это все не выдумки? И вы видели смерть императора Шрайка и знаете, где его чешуя?
— Да. — говорю я, осознвая в полной мере, что теперь вижу то место, где нужно искать чешую. Память теперь полностью вернулась ко мне.
Ривен качает головой, словно до сих пор не может поверить.
— Но зачем ты устроил весь этот обман с тайными женами? — Ривен переводит взгляд с меня на Каэна, который терпеливо ждет. — Ведь если бы Салемс казнил тебя раньше, наш мир лишился бы и ее, и ее наследника и чешуи императора, ценнее которой нет ничего…
— Потому что не слышал голоса бога, который настойчиво стучался в мою дверь, — говорит Каэн. — Потому что был слеп и безумен.
— Воистину, ты не достоин того чуда, что с тобой произошло, говорит Ривен, таким тоном словно внутри себя уже принял решение.
Ривен вздыхает."
"— Что же, я не могу идти против того, что вижу своими глазами, — говорит он и встает на одно колено передо мной. — Я готов служить вам, наместница, и всячески способствовать процветанию империи под вашим началом и под началом вашего сына.
Я вижу, как спустя несколько мгновений все остальные драконы следуют его примеру, подчиняясь решению старшего.
56
Когда великие князья присягают мне в присутствии тысяч людей на трибунах, я слышу рёв труб и крики глашатаев.
— Великие князья только что присягнули новой наместнице, той, что носит под сердцем истинного дракона. Её правление было благословлено самим императором Шрайком. Если народ и находится в недоумении от такой быстрой перемены, то этого понять никому не удалось бы. Трибуны взрываются ликованием, словно еще какие-нибудь полчаса назад эти трибуны не приветствовали точно тк же князя Салемса, собиравшегося взойти на драконий трон.
Рев толпы все больше нарастает.
Я оборачиваюсь и вижу, что Каэн начинает перевоплощаться в дракона. Его огромные крылья начинают хлопать, поднимая целую тучу песка. Он взмывает ввысь, облетая трибуны, и выпускает в небо ослепительное пламя, так что восторженные крики толпы тут же сменяются на встревоженные. Нечасто люди видят настоящего дракона, и ещё реже они видят, насколько на самом деле велика его сила. Если бы он пожелал, он испепелил бы каждого за считанные секунды.
