Тварь ты такая, пока я себе места не находил, ты просто у подружки решила заторчать? Молодец, жёнушка! — говорит, еле сдерживаясь, чтобы не перейти на крик. — Так, ладно, жива, уже хорошо, — делает паузу и говорит более спокойно. — Мне сейчас срочно нужно на встречу, пропустить её не могу. Ты быстро звонишь Глебу и домой, вечером решим, что с тобой делать.
Слушаю в трубке гудки и думаю о том, что ещё несколько дней назад я бы тряслась в страхе. Странное дело, после ситуации с Глебом, с мамой, с моим обмороком, стало совершенно плевать на многие вещи.
Пожимаю плечами, ищу в списке контактов Глеба и набираю ему.
— Привет. Адрес сейчас скину сообщением, можешь приезжать за мной, — устало говорю и тут же сбрасываю звонок.
Смотрю пару секунд на экран телефона, затем откидываю его на кровать и ухожу завтракать с Сашкой, потрясающе ароматные панкейки.
Глава 32
Яна
— Пилюлю от головной боли надо? — спрашивает Сашка, не отрываясь от сервировки стола. — И что будешь пить: чай, кофе, молоко, сок или, может быть, пиво?
— От таблеточки не откажусь.
И наверное, чай, вряд ли мой желудок способен принять сейчас кофе или сок. Про алкоголь вообще лучше молчи, — сажусь за стол и подпираю руками подбородок. — Ты только не смейся сейчас. Несмотря на то что твоё жилище больше похоже на логово кровопийцы, мне так спокойно тут. Прям кайфую, и даже никуда уезжать не хочется, — задумчиво бубню и смотрю в окно с тоской.
— Так оставайся. Давай договоримся, мои двери для тебя открыты в любое время, в любой день, — говорит он, разливая чай по чашкам.
— Секунду, — и выходит из кухни.
Мне на самом деле тут хорошо. Не думала, что родственник моего тираничного мужа станет для меня, как старший брат.
Пока ждала Сашку, позвонила мама. За пару минут выслушала от неё, как сильно я изменилась в худшую сторону, что никто меня не узнает. Веду себя безрассудно и неподобающе для замужней женщины. Как бедный Лёшенька всю ночь не спал, переживал и носился по городу в поисках своей юродивой жены.
И всё в таком духе.
Слушаю и не могу поверить, что всё это говорит моя родная мамочка.
— Ма, ты ещё помнишь, что твой ребёнок я, а не Лёшенька? — задаю резонный вопрос.
— Яна! Я же за тебя беспокоюсь! Ты ещё молодая, вижу, погулять тебе хочется, но поверь мне, настряпаешь ошибок, и Лёшка тебя бросит, — давит с глубокой досадой в голосе. — Где ж ты ещё такого найдёшь? Потом локти будешь кусать, да поздно будет. Лёшка у тебя золотой, цени его и береги.
