"
"Я уже не раз слышал подобные истории у нас в станице, а еще хорошо знал как с такими работниками поступали в конце сезона. Их просто прикалывали на месте. А зачем зимой кормить лишние рты, да и мертвый никому о прииске уже не расскажет. Да если честно редко кто доживал до конца сезона. По слухам 1–2 месяца труда в холодной воде, на скудной кормежке из здорового мужика делали почти инвалида. Поэтому хунхузы, не жалея избавлялись от таких работников по осени, а весной опять начинали собирать бесплатную рабочую силу, нападая на деревни и обозы.
Волокуши с Анисимом сделали неплохие, для того чтобы было легче тащить приспособили ремни от винтовок, которые при передвижении накидывались на плечи. Думаю, удастся договорится с бывшими пленными, и они помогут тащить груз.
Погрузили тело отца, завернутое в дерюгу на волокушу, и привязали в нескольких местах. тоже сделали и с собранными трофеями. Там одни винтовки да ружья вес имеют не малый, так еще кое-какие припасы пришлось сюда же приторочить, и вещи отца.
Перед выходом я оглядел приготовившихся к дороге людей и проговорил.
Сейчас мы отправляемся в нашу станицу Прилукская, как вас доведем, передам есаулу, и дальше уже сами будете решать свою судьбу. Остановок будет не много, и путь у нас не простой, ночевать придется в лесу, кому что нужно берите с собой вещи, что остались от бандитов. Что понесете, то Ваше и будет, только не перегружайтесь.
Из толпы раздался хриплый голос:
— А ружья, почему не даете? Нам всяко сподручнее, чем Вам мальцам.
А то вишь все ружья, забрал себе, а мы случись что как отбиваться станем.
Мужика поддержала его баба похоже.
Я оглядел нестройную толпу бывших пленников и сказал:
— Охранять будем Вас мы с братьями, об этом можете быть спокойны. Один из нас пойдет впереди, один позади, и я вместе с Вами. Для наших волокуш выделите носильщиков, думаю четырех достаточно, смогут меняться по мере усталости.
Побухтели, но активно сопротивляться установленному мной порядку не стали, видать вспомнили как мы расправились с хунхузами, и вступать в спор с такими боевыми сопляками никто более не решился.
Освобожденные, тоже упаковывали собранный хабар в тюки и мешки, что удалось найти на месте лагеря. Всего осталось 11 мужчин и 5 женщин, включая Зою. Тела хунхузов и каторжников стащили в небольшой овраг и закидали ветками и прошлогодней листвой.
Посмотрев на солнце, я решил, что лучше нам дождаться темноты в организованном лагере, и передумал немедленно отравляться в дорогу.
