Очков солнцезащитных, то прикупить было не где, вот и спасаемся народными методами, проверенными многими поколениями наши предков.
В какой-то момент Никита с Кузьмичом, сидящие на облучке заметили, что тишина вокруг стала какая-то звенящая. Птицы, что частенько перелетали с дерева на дерево, куда-то внезапно делись. Стал подниматься сильный ветер и буквально за несколько минут погода начала портится.
— Похоже буря нас ждет, — проговорил Кузьмич и перекрестился.
Пока возничие споро организовывали лагерь на время ненастья небо затянула серая хмарь.
Ветер все сильнее и сильнее поднимался. Никита и Леха рванули к ближайшему перелеску, стали рубить лапник, которым планировали укрыть лошадей. Построить какое-то более серьезное укрытие мы навряд ли уже успеем.
Стали стаскивать ближе к фургону сухие ветки, часть из них сразу побросав в фургон, а часть Кузьмич принялся споро их рубить. Не известно сколько будет продолжаться буря, а запас дров иметь нужно.
Все обозники пытались соорудить три шалаша, рядом друг с другом, и навесы для скотины.
Лошади уже были распряжены, и под шквальным ветром на них натягивали попоны. Я порадовался, что просушили их на последней стоянке.
Мы натянули брезент от крыши нашего фургона к кольям, наспех забитым в землю, получив навес, в который должны поместиться наши коняшки. Влезли, отлично, хватило даже места для одной лошади из обоза Тихона, подготовил место для костра внутри этого навеса. Кто его знает, как может температура поменяться, а погубить скотину никак нельзя.
Когда основные приготовления были закончены видимость упала практически до нуля, поднялся сумасшедший ветер по ощущениям не меньше 25 метров в секунду, и началось…
Глава 23
Стихия разбушевалась знатно, вроде только что ничего не предвещало беды, и на тебе…
Как только укрыли лошадей в импровизированный навес из брезента, закрыв боковые части лапником, с братьями и Егором Кузьмичом забрались в фургон, плотно закрыв двери. На окна приколотили куски войлока.
Все-таки они одинарные и для низкой температуры не особо годны. Запалили керосиновую лампу, плохо, что топлива в запасе не много, если постоянно ей пользоваться, то хватит не больше, чем часов на тридцать. А буря может продолжаться как несколько часов, так и несколько дней. Для естественных надобностей приспособили ведро с деревянной крышкой.
Кузьмич принялся ставить чайник на буржуйку, нужно было согреться после подвигов на пронзающем холодном ветру.
