Ее образ с другим мужчиной запечатлелся в его голове, и он знал, что никогда не сможет его стереть, не сможет простить. Он почувствовал, что его вот-вот вырвет. Звук ударов их тел, то, как Регина стонала от удовольствия… всё это было слишком тяжело, чтобы справиться.
Она пытается объяснить, оправдывается, клянется в своей любви, но Дима больше не может слушать.
Сейчас Дима видел перед собой не красивую девушку, с которой он строил планы на будущее, а лживую, мерзкую тварь, предавшую его.
Он хотел рвать на себе волосы, бить кулаками стены, выплеснуть всю эту боль, весь этот гнев наружу.
Мужчина, лежавший на кровати, начал медленно вставать и натягивать трусы. Дима увидел лицо этого мужчины и ему стало еще больнее.
— Ты? — Дима узнал в этом незнакомце мужчину, который якобы чуть не изнасиловал его дочь. В его глазах мелькнуло осознание, ужас. Оказалось, что он действительно знакомый Регины и его дочь на лгала по указке Ани? Он серьезно хотел изнасиловать Дашу?
— Какая же ты мрааазь. — сказал Дима, посмотрев на Регину с еще большим отвращением.
Дима почувствовал адреналин. Он подошел к мужчине, удар в челюсть отправил Зураба на землю. Удары сыпались один за другим… слепые, яростные. В кулаках Дима ощущал жгучую боль. Но он не останавливался. Он хотел отомстить за свою дочь.
Дима бил его по лицу. Кровь брызгала во все стороны.
— Я сниму побои, ты ответишь за это! — прохрипел Зураб.
Дима замер, его грудь тяжело вздымалась. Он смотрел на Зураба, который лежал, прижав руки к окровавленному лицу.
— Это ты, тварина, ответишь за то, что сделал с моей дочерью! — закричал во всё горло Дима. — У меня куча связей, я позабочусь о том, чтобы ты сгнил в тюрьме.
Он медленно отступил, оставляя Зураба лежать на полу.
Регину он не тронул. Её глаза были полны ужаса.
Дима пошел к выходу, но Регина его обогнала и опустилась на колени перед ним. Она начала плакать еще сильнее, ее плечи дрожали от рыданий.
— Дима, пожалуйста, не уходи! Ты не можешь так со мной поступить! Я люблю тебя! И ты тоже любишь меня, я знаю!
Дима остановился, но не обернулся.
Он чувствовал, как его тело все еще трясет от ярости.
— Как мог я быть таким слепым?
Вопли Регины становились громче, отчаяннее. Она вцепилась в ноги Димы.
— Не оставляй меняяя! Димааа…
— Да отпусти же ты меня!
— Нет, нет, нет! Ты не можешь меня бросить! — Регина вдруг схватилась за живот. — ААААЙ, как больно! Дима, помоги мне.
Дима не шелохнулся. Он стоял, сжимая руки в кулаки.
