Глава 39
В Домодедово я взяла номер-капсулу, чтобы хоть немного отдохнуть в горизонтальном положении. Уснуть я не надеялась, но по крайней мере, полежать и выдохнуть напряжение я могла. Ничего другого не хотелось. Ни шума аэропорта, но кафе, где мне мог попасться очередной сердобольный бариста. Я сейчас ощущала себя оголенным проводом без изоляции. Плеснешь воды – полыхнет. Поэтому время ожидание пересадки я восприняла как дар судьбы. Часа три тишины и спокойствия у меня точно были.
И когда я уже лежала в своей капсуле, то прикидывала дальнейший маршрут.
По всему выходило, что мне нужно было сменить три автобуса. В деревне окажусь скорее всего уже ночью. Эх, ладно, где моя не пропадала. Надеюсь, соседи помогут. Балда, не могла взять номер телефона дяди Мирона, попеняла я себе. Дядя Мирон жил по соседству и со своей женой Варварой всегда помогал мне. То дров подкинет, то дымоход у печки прочистит, то вкусные калитки[1] от тети Вари принесет. Вспомнила про вкусные пирожки, и рот сразу же наполнился слюной, хотя аппетита не было.
А потом мысли перескочили на Игната. До зуда в пальцах захотелось вернуть его из черного списка в контакты и написать… Все-таки нужно было с ним поговорить. Не делать вот таких поспешных выводов.
«Может, и Стасу еще дашь второй шанс», гаденько поинтересовался внутренний голос. Меня передернуло. Нет, все правильно. Время нас рассудит. А пока не нужны мне никакие мужики. Буду жить одна. В деревне. Печку топить, пирожки есть и на закаты смотреть. И писать книгу про вепсов.
Все, как хотел Зверев. Я чуть было не зарычала. Никак он не хотел покидать мои мысли. За такой короткий срок умудрился чуть ли ни въесться под кожу.
Я так увлеклась самоистязанием, что, когда резко зазвенел будильник на телефоне, подскочила от неожиданности. Совершенно незаметно прошло три часа. Так и не поняла, удалось ли мне поспать, я пребывала в какой-то заторможенной прострации. А потом закрутилось: регистрация, ожидание вылета, сам полет…
Питер встретил привычной моросью.
Однажды на какой-то из конференции я разговорилась с коллегой из Армении. Она все никак не могла понять, что означает это слово. Пока не приехала к нам и не узнала на собственном опыте, что такое морось. «У нас нет такого понятия. У нас если идет дождь, то или ливень, или просто обычный дождь. Но вот это непонятное нечто, падающее сейчас с неба – точно не дождь. Жидкий воздух? Разжиженный туман?» – «Нет, Лейла, это просто морось», – рассмеялась тогда я.
