Вскрикнув, подскочила и дрожащими от испуга руками натянула одеяло до подбородка. Что Он делает в моей спальне?!
Алекс никак не реагировал на эти дерганые движения.
Сидел молчаливым истуканом в красноватом сиянии тлеющих углей. Босые ступни утопали в мягком ворсе ковра. Белоснежная сорочка была расстегнута. Бордовое пламя подцвечивало его распущенные черные волосы, что шелковистой волной струились по широким плечам, и играло бликами алого по рельефам гладкой груди.
В глазах дракона плясал огонь.
Казалось, еще мгновение и он прожжет во мне дыру! Сглотнула, ибо горло пересохло, и задалась вопросом – как давно он в этом кресле? Зачем пришёл? Что с ним творится?! Ведь помниться в первую брачную ночь муж смотрел на меня с откровенным отвращением, всем видом, каждым грубым жестом давая понять, насколько ему противна навязанная жена.
Он поклялся больше никогда не досаждать своим обществом, и сам же его нарушил. Буквально через неделю! А теперь и вовсе не даёт жене проходу.
За окнами шумел ночной дождь, поместье было охвачено звенящей тишиной.
И мы, замерев в полутьме, сверлили друг друга яростными взглядами. Наконец, мужская рука неуловимо свесилась вдоль подлокотника. Я заметила в ней бутылку вина.
- Вы пьяны? – Прошипела сквозь зубы.
Муж многозначительно хмыкнул.
- Что с того?
- Уходите, - все тело затекло, устав от дикого напряжения. Неохотно шевельнулась. – Я вас не приглашала.
- Мне не требуется приглашения, чтобы прийти к жене, - хрипло прорычал.
- Требуется, после того как дали слово не приближаться, - ответила в тон ему, хотя сама умирала от страха.
Вот же упертый! Неужели все драконы настолько непробиваемые?
- Почему ты отталкиваешь меня? Зачем избегаешь?
- Потому что не испытываю к вам ничего кроме ненависти, - крикнула на пределе сил.
В Александре взвинтился звериный гнев. Волосы всколыхнул невидимый ветер, и мужскую фигуру объяла темная магия. Порывистый глоток из горла бутылки, после чего он с раздражением бросает ее в камин. По спальне прокатывается звон битого стекла, угасшее пламя жадно вспыхивает – освещая перекошенное гримасой мужское лицо.
Дракон выпрямился и в три шага очутился у кровати.
Ужас леденящим порывом пронзил всё тело.
Завизжав, я попыталась уйти от протянутой мужской ладони, но крепкие пальцы ловко перехватили меня за растрепанную ото сна косу. Намотали на кулак и тут же притянули к лицу, жадно вдыхая сладкий аромат, при этом сминая косу пальцами, перебирая, изучая шелковистость.
