Ему надо в Элинор. Но в таком состоянии милорд вряд ли доедет.
- А если кто-то другой привезет артефакт?
- Может не успеть, - возразила Мирель. - Зверь Александра у самой грани.
- Но муж выглядит почти здоровым!
- Человеческая ипостась. Внутренний дракон медленно погибает.
Дыхание застряло в груди. Должно быть, я стала белее снега, отчего эльфийка хмуро дернула бровями.
- Не так давно ты собиралась избавиться от ребёнка, а теперь не хочешь терять его отца?
- Мне было плохо. Я не понимала, что делала.
- А теперь поняла?
- Да! Сын – самое дорогое, чем могли наградить Все Святые.
А муж… - облизав сухие губы, прислушалась к хрипловатым переливам мужского баритона Алекса. – Я никогда не прощу его за первую брачную ночь, но жить прошлым и постоянно цепляться за ту боль больше не хочу. Я скоро стану матерью, Мирель. Мой долг защитить ребёнка. А еще у ребенка должен быть отец!
- В таком случае нам необходим источник с темной магией.
- Ты сказала – в Гратане они запрещены?
- Да, но, - подруга приблизилась и шепнула, - у ректора имеется один в наличии.
- У Рейна есть нужный артефакт? И он молчит?!
Мне вконец сделалось не по себе. Неужели Алекс прав и Высшие демоны верны исключительно Вечному Владыке, а еще своим корыстным чёрным интересам?
Сглотнув горькую слюну, передернулась от холодных мурашек. Затем задавила нехорошие предчувствия, шепнула Мирель, что скоро вернусь и, сорвав с крючка пальто, выскочила в дождливую мглу.
* * *
Рейнала застала в рабочем кабинете, за чтением гербовых бумаг.
Увидев на пороге меня – в мокрой одежде и запыхавшуюся, он стремительно выпрямился, подошел и стиснул за плечи.
- Что-то случилось?
- У тебя есть артефакт, запитанный темной магией? – Глядя демону в лицо, спросила прямо.
Он хмуро сдернул брови к переносице:
- Мирель рассказала?
- Да или нет?
- Да, Роза.
- Тогда почему не поможешь Алексу?
- А с чего я должен помогать твоему мужу? – Ледяной голос резанул по нервам. Ректор смотрел сверху вниз, щурился, а между его рогов полыхали пламенные язычки.
Истинный Высший демон – холодный, циничный, беспринципный. Только боевой ипостаси не хватает.
- Иначе он умрёт, - шепнула, до последнего надеясь на порядочность непосредственного начальника.
- Значит, такова воля богов.
- Что?
Рейн издал раздраженное рычание, затем выпустил из своих объятий, вернулся за стол, сел и сплёл пальцы замком. Огромные бордовые глаза, устремленные точно на меня, светились в зареве ламп двумя алыми точками.
