Просто встал и вышел из камеры, закрыв ключом дверь. Но прежде обернулся, чтобы напомнить Альдору:
– Я скоро вернусь. С ритуалом. Готовься и жди моей команды.
Глава 26
Феб немного нервничал, когда поднимался по каменным ступеням на верхний уровень камер темницы. Он шел к одиночной камере, где содержался Райнор в ожидании казни. Ну, или решения суда, который явно не будет милостив к пленнику, убившему стольких невинных жертв.
Сердце Феба гулко отсчитывало удары – время до ритуала. Время еще было, но ему нужно было довольно быстро убедить Райнора, в том, что ритуал – это единственный выход.
Единственный путь к свободе и спасению его никчемной жизни. А если этот баран Райнор такой же упертый, как его брат, то Феб понимал: ему придется нелегко.
Он, вообще, испытывал отвращение к убийцам любого рода. И Райнор не был исключением. Но… Феб столкнулся с магией смерти, которая, как страшная болезнь, ненадолго поглотила разум там, в доме у Джона. И заставила подчиниться, наброситься на начальника, бр-р… Фебу страшно было и вспоминать об этом.
Альдор говорил, что Райнор тоже не контролировал себя во время этих приступов и жажды убийства? Что ж. Тогда Феб его не оправдывал, но понимал. И был бы счастлив, если ему удастся спасти одну заблудшую душу – Райнора Соула. Кровь и смерть с рук не смоешь. Но хотя бы… Феб сумеет предотвратить будущие смерти невинных людей. А если бы Райнора убили, а Альдора выпустили после заключения, то можно было не сомневаться: один брат пошел бы по стопам второго. И тоже убивал бы в жажде мести.
Так что, возможно, Феб себя успокаивал, но… Он совершал правое дело? И его поступок был дальновиден? Теперь они оба не причинят никому вреда.
– Райнор? – Феб громко постучал в дверь камеры, прежде чем открыть ее ключом. – Это Феб Шейт. Дознаватель. Я только что был у Альдора. И нам с тобой нужно поговорить.
– Что ж, заходите, господин дознаватель… – голос Райнора прозвучал так, будто Феб разбудил его. Сонно, слабо, хрипло.
Однако когда Феб открыл дверь, то увидел, что Райнор не спит.
Он лежал на деревянной лавке, сжавшись в комок. Между бровями залегла морщинка, взгляд был мутным от боли. Даже свет свечи – и тот раздражал, но гасить ее пленник не решился. Черта с два потом зажжешь заново в темноте дрожащими руками.
Впрочем, уязвимый внешний вид Райнора никак не сказывался на колючем неприветливом взгляде. Он лег удобнее, приподнялся с глухим стоном на локте. И тут же сцепил зубы. Нечего. Перед врагом показывать слабость – это жалко.
