Вначале, оставшись один, бился зверем, разбил кулаки до крови о стены, рыча от отчаяния. Ведь Райнор… он не виноват! Он болен! Просто… глубже и страшнее, чем физически.
– У тебя же все серьезно к моей жене, я прав? Ты хотел бы жениться на ней и… даже принять дочь от другого мужчины? – голос звучал глухо, без вызова, когда Альдор перекатился затылком по стене за своей спиной, глядя в лицо так же безотрывно, как до этого на свечу.
Феб нахмурился и вздохнул. Пленник выглядел плохо. Стража донесла, что он отказывался от еды и даже от питья, что было совсем несвойственно таким заключенным.
Альдора будто подточило изнутри, сломило заключение в темнице. И выглядел он так, словно сам ждал казни. А не готовился выйти на свободу после того, как отсидит положенный срок через несколько лет.
– Так не годится. Такими темпами ты точно даже разговор не выдержишь. Еле языком ворочаешь, – Феб встряхнул длинными светлыми волосами.
Они свободно рассыпались по плечам. Альдор моргнул, не понимая его.
И Феб подошел ближе к нему, взял жестяную кружку и плеснул в нее чистой воды из своей небольшой фляги. Всегда носил на поясе. Феб поднес питье к губам Альдора.
– Пей. Тогда поговорим, – Феб отошел на пару шагов и задумался над вопросом Альдора. – Да. Серьезно. Я полюбил малышку не меньше, чем ее маму.
Я улыбнулся тепло, вспоминая Айрин. То, как она тянулась к нему своими крохотными ручонками. Какими у нее были глаза… Совсем, как у Мэри! Но потом Феб нахмурился, продолжив:
– Что насчет Мэри… Я не знаю, в курсе ты или нет, Альдор.
Но я обязан тебе это сказать, как честный человек. Нет, мы не спали с Мэри, не дергайся ты так. Но Мэри… с некоторых пор другой человек. Твоей жены Мэри, девушки, что родом из нашего мира, Эллиоса, больше нет. В ее тело боги нашего мира переместили попаданку с Земли. Помнишь ту нашу первую встречу с Мэри? Когда я пришел к вам в дом. Так вот… я влюбился уже тогда. С первого взгляда. Но не в твою жену Мэри.
Ее уже тогда не было. А в попаданку.
Альдор вскинул удивленный взгляд. Весь подобрался, даже пальцы напряглись на жестяной кружке. На секунду показалось, что вернулся тот, прежний, Альдор. И сейчас вспылит, вскочит на ноги, зашипит, что это ложь, но… Он нахмурился, опуская взгляд куда-то в тень.
– Мэри ведь и правда очень изменилась… той ночью. Перед утром, когда ты пришел в наш дом. Я не придал тогда значения, но она вела себя абсолютно иначе.
