Таким, что я не смогла сдержать легкой улыбки между касаниями его губ. Ведь в каждом из них Раймона сквозила запредельная нежность. Как можно было ей противиться? Я подалась навстречу, прикрывая глаза. Мои руки обвили шею Раймона, а губы ответили на этот долгий сладкий поцелуй.
Глава 17
Закарий плелся позади Альберта по лестнице из грубого камня. В подземельях горели лишь редкие факелы. В полутьме что-то шевельнулось. Может, тень? Закарий тоскливо присмотрелся. С детства ненавидел крыс. И темноту тоже. А еще давящую тишину.
Ее разбавлял только гулкий размеренный звук шагов.
Альберт, идущий впереди, не торопился. Не оборачивался. С каждым шагом вглубь мрачных подземелий дворца Закарий чувствовал, как все сильнее ноет под ложечкой от страха. Пальцы зябли, хотелось спрятать их в рукавах рубашки, отороченных легчайшим кружевом. А лучше и самому спрятаться. Где-нибудь подальше.
Альберт остановился. Оглянувшись по сторонам, Закарий понял, что они оказались в тупике. В каменном мешке с единственным выходом. Хорошо, хоть не таком тесном, как обычная камера.
Иначе черта с два Закарий заставил бы себя зайти сюда! Но какая разница, какой размер у мышеловки, если Альберт уже скользнул за спину, и лязгнул металл. Этот звук гулко разнесся по подземельям. Вздрогнув, Закарий обернулся. Альберт захлопнул дверь – крепкую железную решетку. Он повернулся, опираясь спиной на прутья, и скрестил руки на груди.
– Ты даже дрожишь. Страшно? – усмехнулся Альберт и со скучающим видом отлепился от решетки, подходя ближе.
– Но ты сам пришел за мной сюда. По первому моему приказу.
– Д-да, мой принц… – нервно сглотнул Закарий.
Еще бы. Он слишком хорошо знал, что любое непослушание отразится на семье. Альберту ничего не стоило повлиять на папочку, чтобы количество земель у Дэвлинов резко поубавилось. А сами они оказались под подозрением в каком-нибудь заговоре.
– Какое послушание! – коротко рассмеялся Альберт, с притворным восхищением всплеснув руками, а потом жестко перехватил за подбородок. – Лучше бы ты проявил его там, в землях Кэрина! Ты мог сорвать весь мой план.
Отблески факела из коридора играли на золотистых волосах Альберта. Лицо оставалось в тени, и от этого его глаза казались бездонными, темными. Сердце Закария отчаянно заколотилось.
– Я не знал, клянусь, я не хотел ничего плохого! – дернулся он, пытаясь вырваться.
Это был порыв пойманного птенца – трепыхнуться в ладонях. Закарий прекрасно понимал, что ему не выбраться. Пока Альберт не простит и не отпустит.
