Но по мне, пусть лучше выместить негатив так, чем выльет его во что-то другое.
Я в тот раз отреагировала понимающе, просто обняла его, и это помогло. Надо же. Сейчас представляю, кажется, словно в другой жизни, что-то нереальное. Поднимаюсь с места, проходя мимо него.
- Короче, Макс, делай, что хочешь, но верни. Слышал? Обещай ему золотые горы, дополнительный процент прибыли с его недвижки. Любую тёлку, которую пожелает. Но он должен быть нашим!
Не хочу оставаться с ним наедине, потому иду посмотреть, что делает Зойка.
У неё сегодня тоже освобождение от сада. Она захотела остаться дома, и я не видела в этом проблемы.
- Хочешь, можем прогуляться? – предложила ей, намереваясь как можно больше времени проводить со Ждановым. А в голове всё крутилась фамилия Данилина. Что-то знакомое, наверное, Денис упоминал её раньше.
Зойка сама выбрала вещи, и я, отвернувшись к окну, вбила в телефоне нужное слово в поисковик.
- Папа, - радостно заскакала на одной ноге дочка, и я в который раз спрятала гаджет, чтобы не навлечь беды.
– Я хочу, чтобы мы пошли втроём, - подскочила к нему Зойка, и Денис поднял её на руки. А я напряглась, будто боялась, что сейчас этот монстр покажет своё лицо и пятилетнему ребёнку. Миновало. Он умел меняться быстро и просто.
- Папе нужно кое-что сделать по работе, - чмокнул её в макушку, бросая на меня взгляд. Я видела, как Денис сканирует моё настроение, пытаясь понять, насколько я готова устраивать скандал.
Спустил дочку с рук, проходя по комнате и рассматривая её внимательно, будто я могла здесь спрятать сумки, с которыми готова сбежать.
- Можно тебя, - кивнул на выход, выбираясь из детской, держа руки в карманах, а я дала задание Зойке одеться самой.
На пороге нашей спальни он остановился, презрительно смотря на изуродованный ковёр. Но ничего не сказал. Развернулся и отправился в гостиную, где уже было всё разложено по полкам после вчерашнего торжества. Усевшись на диван, похлопал рядом с собой, призывая меня сесть.
- Гав, - не смогла удержаться я от реплики, и увидела, как Ждановские желваки заходили на лице.
Он ищет мой порог, я его. Тот, за который нельзя выбираться. Осторожно, Слава, ты играешь с огнём."
"Подхожу, усаживаясь чуть дальше, чем он показал. Вроде, выполняю приказ, но по-своему. Строй из себя послушную овечку, он станет подозревать что-то. Так пусть думает, что я дуюсь, но готова терпеть и вторую жену, и бастарда, и Бог знает что ещё.
- Куда собралась? – интересуется, как только остаёмся наедине.
