Пили, ели, болтали, к вечеру стало прохладно, и из беседки с барбекю перешли в дом. В гостиной стоял огромный белый рояль. Ну, белый рояль же вещь знаковая, хоть и не в кустах стоял, как говорится, но дело своё сделал в итоге.
Садится за него один высокий паренек, на которого я сразу глаз положила, как мы приехали. Не хотела вовсе, само смотрелось. Потому что он на меня пялился, тоже сразу. И начинает этот парень на этом рояле играть. Блин, как же красиво он играл! Я взяла и подошла. И попросила сыграть музыку из «Титаника».
– Можешь?
– Могу. Слушай, – и начал потихонечку наигрывать, видимо вспоминая музыку, – Я Сева Виноградов, если что.
– Если что что?
– Ну, ты же ко мне по имени не обратилась, значит, не знаешь.
Играл, а я стояла у рояля завороженная.
– Я Галя Ростова. Не Наташа. Прошу не путать.
– Я найду тебя в сетях, можно? – осторожно спросил Сева, он же видел, что я не одна.
И сыграл одну песенку, которую я до сих пор люблю, Александра Шевченко, даже припев пропел: «Я тебя не буду искать – любовь сама найдёт тебя».
Я отошла от рояля, а он продолжал играть. Ещё кто-то к нему подошёл, а у меня сердце так заколотилось, как будто он меня поцеловал.
Пошла, налила себе немного белого вина, я вообще с алкоголем не очень, практически не пью, но тут прям захотелось. Потом с Катериной отвлеклась, она пошла мне показывать дом, второй этаж, картины какие-то. Слышим крики. Переглянулись. Бегом вниз, я учуяла что-то.
Никита подрался с моим пианистом.
То ли он ему в морду дал, то ли наоборот, никто не скажет. Тут я не выдержала. Накипело. Рассорились мы с Никитой в пух и прах. Я осталась ночевать у Катерины. А дальше всё как по накатанной. Забрала шмотки, книжки и вернулась к родителям, чтобы легко и свободно дышать. Не стала я Галина Киселёва.
Сижу зубрю, раз – мессенджер: «Привет! Можно?»
«Что так долго?» – я как бы пошутила, чего он так долго ждал и не писал, пианист-то.
«Ссадины лечил. И синяки. Уже зажило.»
Я и забыла совсем, что они друг ругу морды разбили в кровь.
И завертелось. На самом деле Виноградов никакой не музыкант, а физик. Просто музыку любит. Он и сейчас её любит. У нас, правда, не рояль, а обычное пианино, купленное в комиссионке, зато старинное и с отличным звуком.
После Никиты Сева показался мне спокойным, внимательным, уважающим моё личное пространство, деликатным и прочее. И меня накрыло. Я влюбилась по уши. Родители у него живут в Северодвинске.
