— Вы с папой разводитесь? — решается спросить дочь.
Вот и настал момент истины.
— Да, мы разводимся.
— Почему? Вы больше не любите друг друга?
— Мы не можем быть вместе.
— Но почему?!
— Из-за пожара! — подключается к разговору Иван.
— Из-за пожара люди покупают новый дом, а не новую семью.
— У папы новая семья? — уточняет сын. — Это как?
— Возможно, у папы появится новая семья, если он захочет.
— А мы?!"
"— Да, как же мы?! Мы, что, старая? Как вещи, которые можно выбросить на помойку? — возмущается сын.
Я вдыхаю и выдыхаю: этот разговор сложнее, чем мне думалось, и детям не хватает конкретики в разных взрослых формулировках, а я не знаю, как им объяснить, и как не свалиться в грязные обвинения.
Что я должна, так это сохранять спокойствие и не очернять образ Яна, как отца. Пока он не сделал ничего дурного в их глазах, только в моих. Это я и пытаюсь объяснить детям.
Говорю, что мы не только их мама и папа, но еще муж и жена. Если мы перестанем быть мужем и женой, то не перестанем любить детей.
Срабатывает, но ненадолго! Они кивают, ага, поняли-поняли и потом снова спрашивают:
— Что случилось? Из-за чего вы поругались?
Они не отстанут. Я вынужденно беру телефон и включаю его, позвонив Яну.
Он отвечает мгновенно и рявкает в трубку:
— Где ты? Где дети?! Ты совсем охуела?! Что ты творишь?
Вот, пожалуйста…
Сжимаю пальцами переносицу.
— Это ты охуел, Ян, разговаривать со мной таким тоном. Орать так на свою блядь будешь, на подчиненных или на кого-нибудь еще.
Со мной нужно иначе.
— Да как с тобой разговаривать, когда ты детей украла?!
— Тон смени. У тебя всего две попытки.
— Или что?! Что ты сделаешь?!
Сбрасываю звонок….
Почему Яну не пришло в голову просто взять и позвонить детям? Я не отбирала у них телефоны и не запрещала детям звонить отцу.
Вот она правда: дети больше тянутся ко мне, а не к отцу, и привыкли получать ответы на все вопросы от меня! Он сам ни разу не попытался позвонить детям.
Нашей семьи нет.
Но Ян этого не понимает…
Глава 40
Ян
Перезваниваю Лане позднее, с трудом наскребя немного спокойствия. Ччерт… Обычно я проблемы решаю с холодной головой.
Мой разваливающийся брак, моя обиженная жена, которая забрала детей — это проблема, которую стоит решать трезво, но я не могу. Мне слишком страшно, и я не в силах это признать, поэтому злюсь и срываюсь перед Ланой вместо того, чтобы просто поговорить.
