Она поднялась со стула, расправила плечи и сказала:
— Я пока никуда не уезжаю. А теперь… не пора ли нам наконец приступить к работе?
После беспокойной ночи Себастьян поднялся с постели около полудня — поднялся совершенно разбитый. Он совсем упал духом и даже не мог заставить себя выпить чашку кофе. Так и не позавтракав, Себ возобновил поиски Люси на южных окраинах города, а затем пошел к Хейзел Аллисон. Стоя у порога редакции, Себ ругал себя за то, что раньше до этого не додумался, — сейчас он был почти уверен, что застанет здесь Люси.
Жена могла игнорировать свои обязанности в таверне, но он прекрасно знал, что Хейзел она подвести не могла.
Увидев мужа, Люси побледнела, но тотчас же взяла себя в руки.
— Я занята, — заявила она. — Кроме того, нам с тобой о чем говорить.
— Нет, есть о чем! Мне нужно многое тебе рассказать. И я это сделаю! Если ты не уделишь мне хотя бы пять минут, я буду говорить с тобой в присутствии Хейзел. Только пять минут — это все, о чем я тебя прошу.
Хейзел взглянула на Люси:
— Действительно, дорогая, почему бы вам не пойти с Себом в комнату, где мы обычно обедаем? Разве кому-то от этого будет хуже?
Сначала Себастьяну показалось, что Люси откажется.
Но она, пожав плечами, проговорила:
— Что ж, следуй за мной.
Они прошли в дальнюю комнату, и Себ сразу же перешел к делу.
— Кейт мне не жена! — заявил он.
Люси скрестила на груди руки.
— Не понимаю. Как это?..
— Я тоже ничего не понимаю, но это правда!
— Зачем же тогда она назвалась твоей женой, если на самом деле она тебе не жена?
Себ покрутил пальцем у виска.
— По-моему, у нее не все в порядке с головой, Люси. Это единственно разумное объяснение.
Люси нерешительно шагнула к мужу.
— Но она тебя знает, Себастьян. Она называла тебя по имени.
— Да, она и в самом деле меня знает. Я этого не отрицаю. Мы были знакомы почти год, и я… Я убил ее мужа, — выпалил Себ.
Люси ахнула, и глаза ее расширились.
— Что?.. Что ты сделал?
— Уверяю тебя, я это сделал не нарочно, — продолжал Себастьян. — У меня есть еще одна таверна, в Денвере, «Лед и пламя».
Муж Кейт был отличный парень и обычно пил в меру. Но однажды он явился в мою таверну сильно пьяный и сел играть в покер. Он продолжал пить еще и еще, а затем обвинил меня в жульничестве, хотя я вовсе не жульничал. А потом вдруг выхватил пистолет и начал палить из него.
Себастьян показал пальцем на отметину на мочке своего уха и вновь заговорил:
— Он чуть не продырявил мне голову. К счастью, пуля задела только ухо.
