Кавендиш выпрямился в кресле, внимательно прочитал напечатанный текст один раз, потом еще, вернул бумаги Маккензи, тот отправил листы в шредер.
– Почему Служба контроля?
– Флеминг не справляется, отделение в Верхнем городе слишком часто прислушивается к мнению капитана полиции. Поэтому мы его увольняем.
– Он об этом знает?"
"– Узнает в свое время, – Маккензи небрежно пожал плечами. Это могло значить как пышные проводы на пенсию, так и несчастный случай со смертельным исходом. – Эл, я не буду предупреждать тебя, что произойдет, если ты облажаешься.
Просто глубоко внутри памяти спрячь и пусть лежит до нужного момента – от того, что мы делаем, зависит судьба нашей колонии, как бы это пафосно ни звучало. Приступаешь завтра, ты способный молодой человек, справишься.
Молодой человек шестидесяти шести лет улыбнулся, вылез из кресла и вышел из кабинета. Маккензи смотрел ему вслед, пока дверь не закрылась, потом приложил ладонь к центру экрана, стоящего чуть в стороне. Появилось изображение – семиконечная звезда, вписанная в круг, и надпись в ее центре – «SHINE Project».
Полковник повернул изображение звезды три раза по часовой стрелке, на разные углы, каждый раз фиксируя поворот нажатием на центральную надпись, потом один раз против часовой на одну седьмую оборота, приложил глаз к сканеру и вошел в главное меню. Вывел список персонала, поставил галочку напротив фамилии майора и написал небольшой комментарий, всего несколько слов.
18 августа 334 года от Разделения, среда
Кейптаун, округ Фишбург
Громкие вопли горожан прорывались даже через плотно закрытое окно, Павел пожалел, что не взял номер возле лифта – там окна не было вовсе, и поплелся в душ, а оттуда – на завтрак.
В небольшом помещении на первом этаже на длинном столе стояли подносы с едой, бодрая румяная старушка сидела за небольшим столиком, следя за постояльцами. Еда была не очень разнообразной, но, что называется, домашней; Павел положил на тарелки омлет, три горячие булочки, масло и джем, налил кофе в большую керамическую чашку и уселся в углу.
Кроме него в ресторане сидели еще трое, они громко разговаривали и минут через пять ушли.
Буквально через минуту зашла молодая женщина с восточными чертами лица и длинными светлыми волосами, схватила было тарелку, но уцепилась взглядом за Веласкеса, подошла и села напротив.
– Доброе утро, детектив, – маг подцепил кусочек масла, – как спалось?
– Паясничаешь? – Волкова отобрала у Павла последнюю булку и нож с маслом, соорудила себе бутерброд.
